Лиона кивнула. Остальные молчали, а в глазах чуть ли не каждого стояла немая мольба, чтобы их наконец-то отпустили на отдых.
— Ту тогда пошли все отсюда. Встретимся через час на стрельбище, — произнес он долгожданные слова, и мы медленно двинулись в сторону столовой.
Садясь с подносом за стол между Адамом и Рутгером, я задумался о словах инструктора. Наши тела нашпиговали наноботами, сделав нас сильнее, выносливее и умнее, а также предоставив необъятное поле новых возможностей для развития, но ведь этот факт не изменил нашей изначальной сути. От того, смогу я пробежать без отдыха пять километров или двадцать пять, мое внутреннее наполнение не меняется. Человек в любом случае должен работать над собой и развиваться, не смотря на свои изначальные или внезапно приобретенные данные.
Ранним утром следующего дня я, превозмогая боль в мышцах и суставах, посетил медицинский отсек. На смену заступила Лейла.
— Ну и как поживали твои ожоги в мое отсутствие? — спросила она, заботливо осматривая пораженный участок на животе.
— Скучали по тебе, — ответил я. — Как и все остальные части моего тела.
Медик довольно улыбнулась и кокетливо поглядела на меня. Я же решил перейти к главному и вытащил из-под повязки на плече ампулу с кровяной инъекцией. Показал ей и спросил:
— Догадываешься, что это?
— То самое, что нужно ввести профессору?
Я кивнул. Девушка осторожно взяла ампулу, будто та могла взорваться в любой момент, и принялась ее с интересом рассматривать.
— Не буду спрашивать, как ты ее достал, — сказал она.
— И правильно. Ты разобралась с медицинским андроидом? Сможешь запустить в нем программу?
— Да. Я подменю стимулирующую инъекцию этим препаратом. Он введет ее, а потом произведет три шоковых удара — легкий, средний и сильный. Все, как ты говорил.
— Хорошо. Когда запустишь?
— Андроид посещает палату профессора два раза в день. Утренний визит мы уже пропустили, остался вечерний.
— Отлично. Значит, ждем вечера.
Девушка прикусила губу и игриво подмигнула. Произнесла:
— Профессор-то подождет, а вот мы с тобой — нет.
Потом она заблокировала вход в лазарет и накинулась на меня, как изголодавшая дикая кошка.