— Вы сеньор Анатоли, обладаете великолепной живучестью!

Во как, супер-сурвайвер я, а не абы кто. А мне в детстве дворовые пацаны не верили, что я наследный яджуджа. Мерзко хохотались и приходилось им морды бить совершенно неинтеллигентно, а по рабоче-крестьянски. Все нормальные детки ходили в школы, в библиотеки и в шахматные клубы. А Моё Дремучество по деревьям лазило и футбол целыми днями гоняло. Слава богу, указюки из ГорОНО помогли школу закончить. До сих пор не знаю в какую задницу аттестат зрелости применить. Плохо быть дубинушкой и ходячей бестолковщиной. Вот выгонят меня из группы кроликов и распродадут по кусочкам в качестве зоологического оружия. Чтобы массово обестолковивать тех, кто чересчур умный.

Зараза, а может из нас какую-нибудь нечисть хотят сделать? С америкосов станется, шайтан раздери! К концу всего лишь семь человек в группе осталось, причём две особи женского пола. Тогда всё ясно, готовят в космос, чтобы позырить кто за кем и почему будет умирать. Тогда зачем нас на склад привели? Фига се, даже оружейка есть! Пестики, ружбайки, патроны, гранаты… Во я затарился на халяву, всё посмотрел, везде поковырялся. Выживу даже на необитаемом острове, где лишь крокодилы за акулами гоняются. Рафаэль тоже затарился. И грустно посмотрел на меня.

— Олег-джан, поможешь, да? Век не забуду!

— Ара, это я хомяк по природе! А ты всего лишь хомячок и по размерам, и по возрасту. Ну на хрена тебе такой большой мангал, ебтеп-септеп?

— Гостей пригласим, шашлык сделаем…

— Тогда, брателла, ищи мангал с колёсиками и паровым двигателем!

— Шутишь, Олег Саныч, да? Какой-то ты антиармянский расистский антисемит.

Да, я такой. Мне до сраки, что кто-то где-то кого-то в рабстве держал столетиями. Я живу здесь и сейчас. "Now here", а не то, что вы подумали.

Суть экскремента над нами никто не объяснил, да и сама шарашка странная. Армейских нет, журналистов нет, одни умки с техниками бродят, да пара врачей в медпункте ошивается. Раз позволили экипироваться — значит стопудово куда-то пошлют. Но почему гражданских, да ещё и сирых с убогими? Я, между прочим, сам книги писал про всякое попаданство, хотя их мало кто читал. Нас, писателей, видимо-невидимо, хрен протолкнёшься за сладким. У кого комп есть — тут же литератором становится, а у кого дача есть — пишет в блогах про свои овощи и стремянки. Такие, как я, неоприходованные — в бесплатные библиотеки ходят и по два часа нетленки бубосят. Вот нас никто и не читает.

— Ара, у меня дедушка писатель. Шагинян знаешь?

— Рафик, тогда у тебя бабушка, если Шагинян.