— Когда все случилось с девочкой, Наина отдала ей свои силы, — Мирослав протянул мне пакеты. — А сколько их ушло… и сколько осталось? И хватило ли их, чтобы увидеть? Да и всего не знаем, но…

Он отступил на шаг и поклонился.

Низко так.

Я растерялась.

— Если бывший твой сильно надоедать станет, скажи, — Мирослав чуть склонил голову. — Леса у нас заповедные… и болото вон имеется.

И готова спорить, он это вполне серьезно. А главное, совесть его мучить не будет. Но вот меня… я — другое дело.

Мирослав ушел.

А я открыла калитку и нос к носу столкнулась с княжичем, старшим. Не заорала только чудом, не иначе.

— Ушел? — поинтересовался Лютобор отчего-то шепотом. — Странно…

И голову высунул.

— Что странного?

— Да… так. Привет.

— Привет, — я прищурилась. — Что делаешь? Прячешься?

— Не то, чтобы…

— Прячешься, — с куда большей уверенностью сказала я и сунула ему пакеты. Раз уж все равно не отвяжется, то пусть несет.

— Там невыносимо, — княжич пакеты принял без возражений.

— Где?

— У деда… вдруг оказалось, что ему все желают визиты нанести. Причем отказывать вроде бы как не вежливо. Принято, что если оказываешься во владениях, то надобно хозяина визитом почтить. Деду ничего, он больным скажется, отопрется, что, мол, здоровье подводит и к себе, стало быть. А мне всех этих… дам принимать. И ладно бы только их, но с дочками…

Его передернуло.

— А в прошлые года как?