– Я читаю, потому что у меня есть мечта. Однажды я поступлю в Эвинскую академию для одарённых детей. А ты, небось, и не знаешь, что значит мечтать.

– У меня тоже есть мечта!

Мальчик удивлённо вскидывает бровь.

– Моя мечта гораздо лучше какой-то там школы-интерната, пусть даже самой престижной в столице. Кто вообще мечтает о школе?

– Я хочу стать следующим Солнцем. – От одной только мысли о том, что я стану следующей героиней Солии, у меня по спине бегут мурашки. Толпы болеют за меня, пока я сражаюсь с монстрами. Люди ликуют, когда я наконец разрушаю Рассветные горы. Скорее бы это стало реальностью! – Я тренируюсь уже много лет: упражняюсь в бою на мечах с метлой и отжимаюсь по утрам. Это тебе не шуточки.

– Хочешь, чтобы Небесный выбрал тебя? – фыркает Хорхе. – Это ещё безумнее поступления в Эвинскую академию.

– Чем безумнее мечта, тем она лучше. – Я оправляю платье. – Я собираюсь попасть на церемонию пораньше, чтобы успеть занять место в первых рядах. Увидимся позже!

Я бегу к центру нашей деревни. Травянистые поля сменяются грунтовыми дорогами, окаймлёнными дикорастущими цветами.

– Эй, подожди! – Хорхе спешит за мной, на бегу чуть не сшибая долговязую женщину. Его губы искривляются в ухмылке. Ну здорово. Сейчас снова начнёт меня дразнить. На моё удивление, его ухмылка превращается в улыбку. – Хочу поглядеть на лица людей, когда Небесный объявит следующим Солнцем девушку из Валенда!

Я улыбаюсь ему в ответ. Быть может, он не так уж и плох. Мне просто нужно убедить его не тратить силы на школу. Мама до сих пор рассказывает страшилки о том, как она по случайности училась в одной из них, торгуя стеклом в Эвине. Ну, когда у неё есть минутка со мной поговорить. Шестеро детей, помимо меня, да ещё и управление лавкой отнимают всё её время.

– Кроме того, ты забыла вот это, – он лезет в карман и протягивает мне светящийся голубой цветок. Его лепестки скручиваются, словно рыбьи плавники, и пахнет он морской водой (как и всё в моей деревне). А стебелёк у него вьющийся и лунно-белый.

– Морской цветок, – бормочу я, а у самой словно комок в горле застрял. – Спасибо! Где ты его взял?

– Я сорвал его на краю утёса для своей мамы. Но, оказалось, он ей не нужен. У неё уже собрана целая куча. – Хорхе бросает цветок мне, и я прилаживаю его за ухом. – Мне пришлось побороться с парочкой океанских едоков, чтобы раздобыть его.

Я дотрагиваюсь до своего уха:

– Ради него ты сражался с монстрами и карабкался на скалу? Это очень круто! – хвалю я Хорхе и снова устремляюсь к центру Валенда.

Множество людей с такими же, как у меня, каштановыми волосами и глазами уже там и ждут начала церемонии. Шелковистая тёмно-фиолетовая ткань транспарантов гуляет на ветру и касается моих плеч. Стены вросших в скалы домов сдавливают толпу, заставляя эхо нервного шёпота и топота ног далеко разноситься вдоль узких деревенских улочек. В воздухе висит стойкий аромат растоптанных полевых цветов, кожаные элементы одежды и потные спины сливаются передо мной в одно сплошное пятно. Каким-то чудом мы с Хорхе пробираемся в первые ряды, туда, где несколько ребятишек, то и дело одёргивая свою толстую одежду, ковыряют носками сандалий грязь.