— А ты, получается, следил за этим Бханом.

— Я не следил, просто скучно было, а я мимо шел как раз.

— Ну да, ну да. И совершенно случайно узнал столько всего нового про него за пару дней, — я не смог сдержать улыбки, глядя на этого юного шпиона.

— Говорю же, скучно здесь, а учитель занят был, вот я и …

— Ну понятно, то есть без нормальной обработки, мясо визгунов срабатывает как наркотик, — протянул я.

Да уж, надо действительно быть поаккуратнее, превращаться в наркошу, пусть и виртуального, у меня нет ни малейшего желания.

Да и не известно, как виртуальная зависимость отразится в дальнейшем. Но вот чего я точно не хочу, так это провести остаток путешествия, в поисках очередной дозы.

Меня аж передернуло от таких перспектив.

Мне в свое время хватило роликов в Сети, где показывали, как разные наркоманы под кайфом расчесывали себя до мяса, бросались на других людей, жрали землю или истерично хохотали, не в силах остановиться.

Так что лучше вообще такой допинг не принимать, если существует вероятность такого развития событий.

— А что такое наркотик? — прервал мои размышления юный шаман.

— Это вещество, которое вызывает привыкание. Когда ты его принимаешь, то получаешь удовольствие, но с каждым разом тебе хочется все больше, и в итоге, все твое существование сводится к тому, чтобы достать ещё одну доз… ещё немного этого вещества, чтобы продлить удовольствие.

Я попытался на пальцах объяснить Гарлуну то, как я это понимаю сам.

— Это плохо.

— Конечно плохо. Поэтому я рад, что ты мне рассказал про этого Бхана. А то я уже размечтался, как буду ловить визгунов и тащить их сюда, — улыбнулся я своим наивным планам.

— Шаман Мутак запретил мне есть визгунов в сыром виде, только после ритуала. Учитель мудрый.

— Это точно. Мудрее не встречал, — и уже себе под нос, так, чтобы Гаралун не расслышал. — И большего зануду тоже.

Тем временем Мутак, судя по тому, что он прекратил свое бормотание, закончил ритуал. Он посидел еще немного, после чего встал, и направился к нам.

— И что теперь? — с интересом разглядывая слегка светящуюся в магическом зрении фигуру, спросил его я.

— Ждать.