Ладно, в любом случае, нам ещё предстоит разговор со стариком. Там всё и узнаю, как есть.

Я также лишний раз убедился, что Андерсон действительно не просто так протирает задницу на стуле советника. Во время звонка в госпитале, он сказал, что виновников в проникновении тварей ищут. И за время моего перелёта, он их нашёл. Сейчас, пока мы сидели и обсуждали, отряды Арканумов — коллег Пудинга вместе с агентами Молота Императора вырезали причастных. Ими оказались приграничные князьки, решившие усидеть на двух стульях.

Когда я услышал фамилии виновных, хотелось сорваться и утопить в крови каждого из них. Тяжёло было подавить этот порыв. Ох, как тяжело. Но я понимал, что сейчас нужно бить не по подчинённым, а руководителю. Обезглавить главного. Вырвать его сердце. Осушить его сраный труп!

— Райан, успокойся, — насторожено смотрел на меня советник, крепко сжимая челюсть.

Подавив вырвавшуюся наружу вампирскую ярость и частички кроваво-красного тумана, я выдохнул и кивнул.

Андерсон продолжил показывать доказательства и подкреплять их словами. И я чувствовал. Всем своим нутром ощущал, что в этот раз советник не врал. Всё указывало именно на то, что акция была произведена врагом Аркадии. Мой род… Они просто попали под раздачу. Эмоции и чувства старика, невидевшего внука с рождения. Ситуация с охраной и упущенным временем. Сильный противник в виде оборотней, которых никто не ожидал увидеть в империи. Всё совпало по дерьмовому сценарию и привело к имеющейся действительности.

— Теперь, когда я вижу, что ты всё понял, — кивнул советник и продолжил: — По добытым данным: слюна подопытных проекта «Romulus» вызывает промежуточное состояние у укушенного. Своеобразная кома. Сначала у человека начинает расти температура тела, которую невозможно сбить никакими препаратами, и его лихорадит. Следом наступает либо отмирание клеток, либо их изменение. Вирус, содержащийся в слюне, меняет геном укушенного. Из десяти тех, кто по нашим данным был укушен, выжило только двое. Они обратились.

— Они были неразумны? — задумчиво спросил я, на что Андерсон приподнял бровь.

— Да.

Я вздохнул. Дерьмо. Настоящее дерьмо. В Брилии, помимо героев, охотников и прочего людского сброда, нашими кровными врагами были оборотни. Вервольфы, волколаки, ликантропы. Мы называли их либо просто оборотнями, что им очень не нравилось. Либо Ликанами.

Проблема в том, что в Брилии, не все из псов были неразумны. Аналогию с вампиром сложно провести, но если у нас были ковены, то у них — стаи, возглавляемые альфой. Чистокровный Ликан, являющийся своеобразным прародителем стаи. Ещё большее наше различие в том, что мы могли делать себе подобных не только через кровь, но и через рождение. У Ликанов дела обстояли иначе. Только потомство от Чистокровного рождало разумного волка. Те же, кто был укушен, либо умирали, либо превращались в безумную тварь, подчиняющуюся вожаку. Обычное пушечное мясо, которое выступало ударной силой правящей стаи.