— Лопаты на всех взяли, — рапортует старшая. — Ещё топоры и кирки умыкнули.

— Отлично, — киваю и дальше, затаив дыхание: — Выковали, что просил? Кузнец не брыкался?

— Вроде да, как ты чертил. Но пришлось сломать ему нос, чтобы принялся за работу… — замялась Лихетта.

— Показывайте, — командую с холодеющей грудью. Твою мать, надо было лучше объяснить. Ибо это важно!!

Дениз мне одно изделие из мешка подаёт. Смотрю на кольцо, выкованное из подковы. С одной стороны всё в пупырышку и с дырками. Млять! Переворачиваю, затаив дыхание. Фух, сойдёт. Главное, чтобы контур хотя бы немного подержался. После драки с великаном — оборотнем появились у меня мыслишки кое — какие.

— Нормально, — хмыкаю недовольно всё же.

Лихетта выдыхает с облегчением.

— Сколько сделал? — Уточняю сварливо.

— Под сотню.

— Отлично!! — Хлопаю в ладоши. Лихетта в ответ только серьёзно кивает.

Посмотреть бы остальные кольца, ибо каждое на вес золота. Но это позже! Только хочу уже двинуть по очень важным делам.

Из кустов выходит Зейнеп, вид обеспокоенный:

— Крис, это… там могилки женщин тех раскопаны, похоже, оборотней не всех мы прикончили.

— Если сами не лезут, чёрт с ними, — отмахиваюсь. Не до этих.

Поднимаюсь! Воительницы смотрят вопросительно. Некоторые всё же чересчур встревоженные и напряжённые вдруг стали.

— Девочки, ну вы чего? — Развожу руками. — Самое страшное уже позади.

— Ага, — хмыкает Лихетта, выдавая скептический настрой.

Мотаю головой с укором. Нет, такой настрой нам не нужен!

Вдыхаю звучно носом, демонстративно расправляя грудь и взирая в сторону холма, под которым логово.

— Только вдумайтесь, мои лапоньки, — начинаю торжественно. — В ста метрах от нас в домике сидят полторы сотни опаснейших монстров Вита с учётом одержимых лошадей все триста. И нихуя не могут сделать на данный момент. Гнались за нами сезонами напролёт по горам через снега и лёд, по лесам через буреломы и крапиву, по болотам и дерьму. Рыли норы, по помойкам прятались. Побирались, бутылки сдавали. Ха! Как они неистово и яростно мчали ещё ночью, старательно выравнивая лесополосу, слюни разбрызгивали. А теперь сидят, млять… дурачьё.