Настала моя очередь усмехаться. Про Лелуша я тоже напрочь забыла. Так, будто его никогда и не существовало.

– Я думала, тебя избили наемники или даже сам Тенелов приложил к этому руку. На тебе живого места не было, ни одной целой кости.

– Твой наставник вышел из себя.

Райвен вновь зарылся пальцами мне в волосы. Его голос звучал ровно и спокойно, не давая всколыхнуться эмоциям в моей душе. Я знаю, что он делает и зачем, но сопротивление – это выше моих сил. Пусть сначала расскажет, а потом посмотрим.

– Признаться, я несколько раз ловил себя на мысли, что ты ни разу его не упомянула. Не спросила, вернулся ли он, не искал ли он тебя. И тогда, когда мы вернули тебя Лексиану, ты даже не взглянула в его сторону.

Я чуть было не ахнула. Мне и в голову не пришло, что Клауд мог там быть.

– Уверен, найдется убедительное объяснение, почему твой наставник внезапно испарился из твоей памяти. Но есть еще кое-что, что ты должна знать.

Я не стала оборачиваться, хотя очень хотелось принять информацию, глядя в глаза. Но если вдруг будет больно, я не смогу этого скрыть. А Райвен, я уверена, не хочет делать больно.

– Когда я пришел тебя вытаскивать, я понял две вещи. Во-первых, без позволения твоего наставника я бы этого ни за что не провернул. Более того, он мне помог и отвлек на себя внимание наемников. А второе… Как бы мне ни хотелось думать, что твой герцог всего лишь трусливое ничтожество, в тот раз я убедился в обратном. Алекс знал, что я пришел за тобой, я видел его и знаю, что он видел меня. Он задержал Тенелова, когда мы убегали.

– Он собирался казнить меня на рассвете. Собственноручно.

Я не увидела, я почувствовала, как каратель за моей спиной покачал головой.

– Не собирался. Думаю, не приди я, тебя увел бы твой наставник. Тебя почему-то защищали от Тенелова. Делали все, чтобы ты не попала ему в руки.

Я никогда не рассказывала Райвену, как оказалась в Лексиане.

– Скажи еще, что Шантаре меня отдали тоже из желания защитить.

Верилось, если честно, с большим трудом. Возможно, меня любым способом не хотели отдать Тенелову. Уж лучше смерть, чем ритуал, описанный в пророчестве. Это выглядит более правдоподобно. Я готова поверить, что Алекс готов был убить меня, только бы не допустить, чтобы с темницы Никсы упали последние печати.

Шанар вздохнул.

– Чтобы это узнать, – сказал он. – Надо как минимум найти твоего наставника. А как максимум – найти того, кому по силам наложить столь мощный и ювелирно-точный ментальный блок. Ты ведь больше ничего не забыла?

– Ничего, – я повернулась к белобрысой язве. С тех пор, как он сделал меня своей, практически ничего не изменилось. Серебристые глаза по-прежнему смотрели на меня снисходительно и где-то даже с насмешкой. А безграничное доверие, когда я знала, что пернатый наизнанку вывернется, но не даст мне умереть, оно было и раньше. Наверное, с самой первой встречи, когда наши жизни проклятие связало в единый крепкий узел.