Развернулся и ушел прочь.
Ладно, братец! Если ты не хочешь со мной по-хорошему, значит, будет по-плохому…
* * *
Мия — жена Арраэха — как всегда была очень добра ко мне. Она меня искренне любила, как… «младшего братика».
До сего момента я ненавидел, когда она меня так называла, но не сегодня. Сегодня я предпочту от такого отношения даже умилиться…
Золотоволосая красавица, одетая в легкое многослойное одеяние фиолетового цвета, встретила меня обычными сестринскими объятиями. Такое к себе отношение от жены правителя я заработал своей схожестью с ее младшим братом, который остался на родине. Вот поэтому Мия свои нерастраченные родственные чувства выплескивала на меня…
К тому же, Арраэх по жизни был скуп на проявления тепла и нежности, поэтому Мия страдала вдвойне. И сегодня я собирался воспользоваться ее расположением.
Правда, было немного стыдно использовать её, но… я слишком истерзался переживаниями о Нэе, поэтому не мог больше бездействовать…
— Ри… — именно так меня называла любвеобильная невестка, — ты что-то слишком бледен сегодня. Нормально себя чувствуешь?
В голосе девушки сквозило искреннее беспокойство.
— Физически я чувствую себя замечательно, но вот на душе — неспокойно… — я добавил голосу трагичности.
Мия мгновенно исполнилась сострадания и поспешила взять меня за руку, словно я маленький ребенок.
Я подавил вспышку раздражения.
Риан, помни: ради отлета на Ишир можно перенести и не такое!
— Что произошло? — прошептала встревоженная девушка, а я скорбно произнес, опуская взгляд:
— Это всё Арраэх — ты же знаешь его! Он не выпускает меня со флагмана уже несколько суток! А у меня на Ишире важная встреча! Мия, миленькая, помоги, а?
И посмотрел на нее преданным просящим взглядом, как отъявленный манипулятор…
Девушка нахмурилась, а потом скорбно вздохнула.
— Мне жаль, Ри, что и тебе достаётся от него… — пробормотала она. — Ар не плохой, просто… он слишком ответственный. Благо собственного народа ставит превыше всего, а ты непросто его народ, ты его брат, родня… Это любовь у него такая… своеобразная.
Пока Мия всячески оправдывала своего властного супруга, я все же увидел затаившуюся в ее больших светлых глазах глубокую боль.