— Тоже не спится? — услыхал он голос Логанда.

— Не спится…

— Диван у тебя — как гнездо ворона…

— Не нравится — перебирайся на пол.

Логанд не ответил, но остался на диване. Ясное дело, что дело было вовсе не в удобстве ложа — Линд знал, что его диван вполне удобен, и уж подавно он более чем удобен для служаки вроде лейтенанта. Юноша по собственному опыту знал жёсткость лежанок в кордегардии, и, тем не менее, любой из гвардейцев пользовался ими не раз, возвращаясь с ночного патруля, или наоборот — дожидаясь ночной смены.

— Ну а у тебя как жизнь? — помолчав, вновь подал голос Логанд. — Что нового?

Линд усмехнулся одними губами — только теперь, спустя много часов, проведённых вместе, приятель вдруг вспомнил, что и у него могут быть какие-то новости. Что ж, пожалуй в данной ситуации это простительно.

— Да, в общем-то, ничего особенного, — негромко ответил он. Однако же сон как рукой сняло, а потому Линд не хотел прекращать этот разговор. — Я встретил девушку. Её зовут Кимми. Мы собираемся пожениться.

— Пожениться? — фыркнул Логанд. — Как давно ты встретил её?

— Месяца два назад, или около того.

— Ну и болван же ты! — заявил Логанд. — Куда так торопишься? Скучно стало без ярма?..

— Причём тут ярмо? — набычился Линд. — Она — не ярмо для меня, Логанд! Она… Как вторая рука. Представь, если бы у тебя была лишь одна рука, а потом Арионн вдруг взял и приделал тебе вторую!

— Женщина — не рука, парень. Она скорее — кинжал без рукояти, или… Слыхал о скоропенах? Это такие насекомые, что живут в пустыне Туум. У скоропены есть длинный тонкий хвост, который заканчивается ядовитым шипом. И говорят, что большинство скоропен погибает от собственного яда — во время сна они любят свернуться калачиком, и тогда… Одно неверное движение — и всё… Женщины для нас — это такой же шип скоропены. Она может какое-то время служить нам, но, стоит немного расслабиться — и конец.

— Не думай, что если ты обжёгся с Зорой, то все женщины таковы! — горячо воскликнул Линд, которого действительно задевали слова приятеля о Кимми.

— Не думай, что помиловавшись с женщиной пару месяцев, ты узнал о ней всё, и уж подавно глупо думать, что ты знаешь всё обо всём женском племени! Ты ещё сопляк, дружище, уж извини за такие слова. Я тоже сопляк в сравнении с тем же Крастом, а он — в сравнении с Папашей. Жизнь — лучший учитель, и потому тебе следовало бы прислушаться к тем, кто научен поболе тебя. Наша беда в том, что мы всегда мним себя умнее остальных… — вздохнул Логанд. — Я никогда не прощу своему старику, что тогда он лишь зубоскалил по поводу меня и Зоры, вместо того, чтобы дать крепкого отцовского леща и сразу выбить всю дурь из моей головы!