— Знаешь, что? Неважно сколько у тебя врагов, важно сколько у тебя верных друзей, — он отстранился от нее. — У нас с тобой уже по одному есть, так?

— Угу…

— Ну вот! Саги, — он протер ее щеки от слез и обратил взгляд на себя, — ты явно недооцениваешь эту силу. Дай-ка я взгляну.

Аркус взял у нее из рук куклу и, делая вид что что-то понимает, умно покивал и повертел ее в руках над собой, как бы подставляя на свет.

— Да это пустяк! Приходи утром и увидишь, на что способны дружественные узы, пусть и самые малые.

Саги уже сама вытерла слезы и кивнула, после чего Аркус проводил ее в женскую часть поместья. Впереди была длинная ночь.

Аркусу стоило огромного труда упросить смотрительницу пустить его в библиотеку среди ночи, но он добился своего и теперь сидел посреди комнаты под серной лампой с иглой в руке. Нитка за ниткой, шов за швом он медленно реставрировал куклу. Материала у него не было, повезло хоть нитку с иглой найти, так что в качестве ткани тот использовал кусочки собственной одежды и покрывала. По итогу, кукла вышла странной и несуразной. Поэтому, когда на утро к нему в дверь постучали, уверенности в его движениях поубавилось.

— Доброе утро, Аркус!

— Доброе, Саги…

— Ну, где же она?! Покажи-покажи!

Кажется, эта ночь пошла ей на пользу, ведь от вчерашней Саги не осталось ни следа.

— Саги… прости я… Я хотел, как лучше… — начал он, медленно доставая куклу. Но в тот же миг она оказалась в ее руках.

Сагитта забежала в комнату и подняла куклу над собой. Она встала к нему спиной так, что он не видел ее лица. Аркус закрыл глаза. Он хотел было снова заговорить, как та кинулась к нему в объятия. Ошеломленный, Аркус обнял ее в ответ.

— Это самая лучшая кукла в моей жизни!

— Д-да? Ха… Рад, что тебе нравится.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Еще пару минут они стояли в объятиях.

— Теперь, можешь идти играть. Я сильно устал и…

— Конечно!