Он был прав.

Уэйн решился на это не ради прощения, не из стыда или желания кому-то что-то доказать. Он больше не был тем, кого Вакс когда-то вытащил на свет божий. Он стал другим.

– Уэйн, – спросил Гармония, – ты знаешь, кто ты?

– Ага. Знаю, – ответил Уэйн. – Я, мать твою, ГЕРОЙ. – Он запнулся. – Прости.

– Учитывая обстоятельства, прощаю, – с улыбкой ответил Гармония. – Итак, в этих бочонках наверху есть отверстия, чтобы втягивать воздух в момент взрыва. Гармониум извлечен из масла и сейчас нагревается. Это значит, что при соприкосновении с водой гармониум сдетонирует. Механизм, нагревающий бомбу, уничтожится, и это предотвратит более разрушительный взрыв. Как только нальешь воду, сразу выталкивай бочонок из скоростного пузыря с помощью алломантии.

– Понял, – ответил Уэйн. – Давай свою шляпу.

– Мою шляпу?

– Мне надо точно поставить пузырь, – объяснил Уэйн, – а потом все силы бросить на толчок. Сжечь столько темпосплава, что я практически сам расплавлюсь изнутри. Замедлить время так, что даже электрические сигналы затормозят.

– Я не ношу шляп.

– Ты же Бог. Придумай что-нибудь.

Гармония задумался, а потом коснулся головы Уэйна. Вокруг появилось сияние, словно надетое на голову. Появились даже серьги. Уэйн почувствовал, будто у него в ушах настоящие террисийские серьги. Возможно, втайне он всегда был террисийцем.

В этом не было никакой магии. Но, нося чужую шляпу, Уэйн начинал понимать ее хозяина. А что может быть лучше, чем понять Бога?

– Хорошо, – произнес Уэйн правильным говором. Старомодным, но террисийским. Говором самого Гармонии. Он сбросил пузырь и собрался с силами. – Держись крепче, друг мой. Думаю, такого ты прежде не видал.

Мараси мчалась к полицейскому участку Блантач в компании Армаль и ее друзей. Жизнь в темном городе шла своим чередом. Никто не ведал о грозящей миру катастрофе.

Но Мараси чувствовала что-то в тумане. Вакс всегда говорил о туманах как о чем-то сверхъестественном, но сама Мараси редко разделяла его чувства.

Однако в эту ночь туман, казалось, затаил дыхание.

Стерис застыла посреди порта. Рабочие и констебли продолжали выполнять ее указания, но что-то было… не так? Что-то случилось в этот конкретный миг? Она повернулась к океану и всмотрелась в дымку над водой.

Крепко сжав миниатюрное серебряное копье на шее, она помолилась.