Время летело незаметно. Все развлечения оплачивались неведомой карточкой, о которой Тарас уже и забыл. Вначале он улыбался и крутил головой из стороны в сторону, рассматривая всё и вся, чем вызывал недоуменные взгляды искушенных посетителей. Но потом обратил внимание, что здесь так не принято, что удовольствие растягивают и получают мелкими глотками, а не осушают порцию одним махом. Тогда он стал подражать, украдкой поглядывая то на закатившую глаза явно немолодую даму, томно постанывающую под умелыми руками массажиста. То на невысокого самоуверенного молодого чинайца, дотошно и манерно рассматривающего на себе новые брюки в примерочной. Или на ту красавицу — явно переводня чинайцев с ойропейцами, но до чего же красивая! — что с легкой ухмылкой пыхтела на беговой дорожке, вся в татуировках с драконами и иероглифами.

Повторяя их выражения лиц, взгляды и движения, Тарас ощутил, что эти яркие эмоции приятны и направлены куда-то внутрь, в какой-то неведомый центр удовольствий, о котором знают только эти состоятельные небожители чинайского общества. Чувства не вырывались наружу, чтобы по обыкновению бесследно исчезнуть, а наоборот, словно наполняли давно иссохшие внутренние резервуары. И четким признаком этого состояния была чуть надменная, легкая и непоколебимая улыбка, застывшая на губах практически всех посетителей центра. В какой-то момент Тарас ощутил, что эта улыбка врастает и в его губы.

Когда повсюду зажглись огни, он понял, что наступила ночь и что пора бы вернуться на базу. Но обнаруженные внутри резервуары требовали заполнить их до самого верха. Тарас спустился с охранником на первый этаж и там заметил, что люди стали чуть другими. Что-то изменилось в их глазах, причем сразу у всех. Те, кто постарше, спешно покидали центр, а остальные словно проснулись. В воздухе запахло невероятно глубокими ароматами, от них закружилось в голове, а по телу разлилось что-то похожее на нетерпение. Женщины стали привлекательнее, взгляд сам собой падал на их полуоткрытые животики и грудь, на оголенные плечики и бедра. Тарас ощутил, что силы, которые сдерживают его от безрассудных поступков, вот-вот могут закончиться. Особенно, когда две красотки стянули и без того легкие одежды, словно открывая конкурс на то, кто из мужчин первым перестанет держать себя в руках. Но это был только первый шар. Основной удар по выдержке пришел чуть позже.

В суматохе Тарас не обратил внимания на то, что все лифты умчались наверх и некоторое время не возвращались. И вот теперь под возгласы и рукоплескания мужчин и женщин, собравшихся в холле, все двенадцать кабинок одновременно опустились на первый этаж. Люди расступились, чтобы в открывшийся живой коридор впустить обнаженных молодых парней и девушек. Подтянутые и задорные они вышли в центр холла и теперь с пристрастием рассматривали толпу.