Это не было панацеей, учитывая встроенную защиту от подобных событий в алгоритмах. Если бы орудия не выстрелили, а ракеты так и остались в шахтах, цели тут же перераспределились бы между другими секторами. Потому одновременно с началом снижения я послал команду, которая совсем чуть-чуть изменила пристрелочные коэффициенты у контролируемых нами орудий и ракет. Так что, когда по нам открыли огонь, он оказался совершенно для нас безопасен. Разряды проходили совсем рядом, не задевая наши корабли. Ракеты же, будто слепые, проносились мимо и уходили дальше вверх…

Этот трюк позволил выиграть немного времени. Но когда после двух залпов в нас не попали ни разу, искусственный интеллект всё же сообразил, что что-то не так. Он оперативно перенацелил на нас ближайшие свободные орудия, развернул уже идущие в другую сторону ракеты… И вот здесь пришла пора вступить в дело «Косатке».

Пришлось очень быстро вертеться, чтобы сбивать всё, что летело в нас, или подставляться под выстрелы, прикрывая идущие следом корабли. К счастью, до поверхности оставалось уже совсем немного, а наши транспорты были оборудованы собственными щитами, которые работали в форсированном режиме…

Вот только их снесло почти сразу, уже после нескольких пропущенных мной разрядов. Барже досталось довольно серьёзно, она получила три попадания в корпус и два по двигателям, транспорту повезло больше — задело только один раз. Всё-таки, не такая большая и удобная мишень.

Но до цели оба судна дотянули. А там можно было расслабиться — теперь уже нас прикрывали находящиеся возле поместья мощные противокосмические орудия и скорострельные плазменные пушки, сбивающие всё отправленное вдогонку — от ракет до обыкновенных снарядов. Прямой же наводкой с поверхности нас было не достать, только с воздуха или из космоса.

Я тут же отправил вице-адмиралу, заодно продублировав Перовскому и Снежане, информацию о подчинённых нам узлах противокосмической системы. До этого их обстреливали так же, как и остальные, но теперь в этом не было нужды. И союзники не могли проигнорировать информацию — по сути целый сектор, пусть и небольшой, перестал быть для них опасен, и теперь можно было сосредоточить больше огня на оставшихся, сделав его интенсивнее. Пусть это давало какие-то считанные проценты выигрыша, но я на месте Дубовского их игнорировать бы точно не стал.

Мы же одним рискованным рывком оставили далеко позади сразу и регулярные части Дома, и дружины всех его аристократов вместе взятых. Правда, оказавшись теперь за линией фронта, практически в полном окружении. Но нам к такому было не привыкать.