За ночь шикарный синяк на лице Ёсиды полностью не рассосался, поэтому в офис он пришёл в солнцезащитных очках. Из-за одинаковых стрижек и схожего поведения мы с ним выглядели как братья, о чём нам сразу же заявила Тамаки. Пожелав мне не заразиться глупостью Ёсиды, а ему не ограничиваться только внешним сходством. За это я купил ей на обед самый высококалорийный энергетический батончик, который нашёл. Настолько сладкий, что его нужно растворять в бочке солёной воды.

— Это кто ж тебя так разукрасил? — весело спросила Рурико, увидев нашего героя. — Красавец. Что, какой-то старушке место в метро не уступил?

В Японии подобное прощалось только иностранцам, и то только потому, что они невоспитанные, некультурные люди, не знающие всех здешних правил.

— А может, снимал чью-то кошку с дерева, а её хозяин не так тебя понял? — Рурико продолжила ехидно подкалывать смутившегося Ёсиду.

Парень пробурчал что-то о том, что неудачно ударился лицом о дверцу шкафчика, когда готовил ужин.

— Ничего себе, у нас опасные шкафчики продают. На нём хоть предупреждающий знак стоял?

В Японии предупреждающие знаки принято вешать везде и на всё. Посмотрев на Рурико, сняв очки, незаметно для Ёсиды я принялся усиленно ей подмигивать, сигнализируя, что она сейчас делает большую ошибку, о которой потом будет сожалеть. Удивлённо посмотрев в мою сторону, коллега моргнула. Немного подумав, она тут же свернула неудобную для некоторых тему. Сделала вид, будто ей это ничуть не интересно, и вообще, у неё куча дел. Через минуту, склонившись над своим столом с телефоном в руках, Рурико быстро набрала мне сообщение.

— Что это сейчас было? Предупреждаю сразу, устрицы должны быть молодыми, а шампанское старым, никак не наоборот!

— Поддерживаю! Жду объяснений, — сразу пришло сообщение и от наблюдательной Тамаки, подключившейся к нашему чату.

Написал им, что Ёсида получил боевые раны, защищая честь дамы, с которой он вчера ходил на свидание. Храбро бился один против троих. Силы были неравны, и, хотя он проиграл, но не сдался, не позволив её оскорблять. В глазах наших женщин появилось уважение. До конца дня Ёсиде никто слова об этом больше не сказал, тактично обходя стороной щекотливую для него тему. Было понятно, что сам он ничего рассказывать не хочет, как и вспоминать об испорченном свидании. Более того, когда в коридоре какой-то сотрудник другого отдела посмеялся над Ёсидой, наши женщины первыми за него вступились, отругав шутника. Посоветовали ему не лезть в чужие дела, а идти и дальше ловить покемонов. Намекнув этим, что детям не стоит лезть в дела взрослых.