Именно в таком виде застал его офицер фельдъегерьской службы.

— Господин генерал, вам пакет от государя.

— Замечательно, давайте распишусь в получении. Улла…

— Да, хозяин. — проговорила материализовавшаяся девушка.

— Позаботьтесь о господине третьем лейтенанте. Накормите, предоставьте комнату для отдыха и поясните возможности наших туалетных комнат.

— Благодарю за заботу, господин генерал.

— Уже поздний вечер, так что отдыхайте. Или вам срочно нужно в столицу?

— Дирижабль только завтра. — проговорил офицер

— А транспортных артефактов вашей службе не перепало?

— Есть, но на все задачи не хватает.

— Хорошо. Как вас по имени отчеству?

— Александр Александрович Тамбов.

— Улла, позаботьтесь о нашем госте.

— Пойдёмте, ваше благородие.

— Ещё раз благодарю. — проговорил офицер.

*****

Вскрыв конверт, Лир получил предписание явиться при параде в Кремль через три дня к полудню.

*****

Поужинали они вместе с фельдъегерем, и Лир не побрезговал расспросить господина Тамбова о желаниях и чаяниях его коллег в области артефакторики.

Служба особых посыльных была непростой и требовала отменного здоровья, ведь не всё можно доверить телеграфным линиям, особенно в вопросах с людьми, которых бы с удовольствием перехватили агенты иностранных держав. Прошедшая война дала не только московскому царству возможность ознакомиться с возможностями стран западного блока, но и противнику захватить массу пленных и стать обладателями знаний по артефакторной школе ВЦМ. Это привело к тому, что блокираторы чужой магии стали неэффективны, и заброшенные агенты стали пользоваться артефактами выполненными либо нашими пленными, либо людьми, обученными по нашей методике. Дирижабли по-прежнему сбивают, и в этой тайной войне ВЦМ явно проигрывает.