— Я не работаю вполсилы, — покачал головой мужчина. — Они и без мелких подачек справляются с проблемами. Пусть дальше так и продолжается.

— Прекращай, — недовольно поморщилась волшебница. — Я отлично понимаю, что за всем этим словоблудием ты скрываешь нежелание вмешиваться.

— Да, именно это я и делаю, — не стал отрицать Дориан, посмотрев прямо в глаза своей партнерше. — Мне никогда не нравился Келдрин. И они обречены. Поможем мы им или нет — не имеет значения. Я не хочу тратить свое время и ресурсы на обреченных. Это не принесет нам никакой пользы.

Такой ответ женщину совсем не удовлетворил, но она не стала дальше спорить, возвращаясь к делам. Если даже после ее просьбы Эшер настаивает о невмешательстве, а это значит, что за этим стоит куда больше, чем она думает, а, может быть, в это дело и вовсе лезть не стоит. Жаль.

Письмо Эвверанов было уничтожено магией.

Прошедший мимо кабинета, где работали Дориан и Натали, офицер проверил стоявших на посту караульных и отправился дальше по маршруту обхода. Офицер ответственно выполнял свои обязанности. Опытный боевой маг, ветеран, как и прочие офицеры отряда телохранителей генерал-губернатора, он ставил оборону особняка так, будто тот находится чуть ли не на вражеской территории, в окружении диверсантов и разведчиков противника.

В какой-то мере его поддерживали все подчиненные, до сих пор не совсем уютно чувствуя себя на новой для империи территории. Работать предстояло еще долго и много, прежде чем удастся добиться от населения хоть какой-то лояльности.

Пройдя в старую часть особняка, офицер дошел до одного из крайних постов. Здесь, где соприкасались два коридора, и с четырех позиций удавалось контролировать перемещения сразу на всем этаже, стояло пять человек. Четверо на постах и один сменялся раз в десять минут, чтобы за час все успели побывать на разных позициях и отдохнуть, сменяя зону ответственности. Так не замыливался глаз. Несмотря на то что самоконтроль, благодаря постоянным перестановкам, держался на уровне, отдыхом здесь не пренебрегали.

Постовые дисциплинированно демонстрировали кодовый жест, показывая, что все в порядке. Офицер глянул в лицо подчиненного и остановился, подняв руку с механическими часами.

— Разве ты не должен уже смениться? — спросил офицер, вопросительно смотря на своего бойца.

Тот также поднял руку с часами.

— Как раз сейчас. Тоби задерживается…

Офицер махнул рукой и проследовал в комнату, отведенную для отдыха постовых.

Пятый постовой лежал в кресле в неестественной позе. На столе была чашка с недопитым и еще не успевшим остыть напитком. Глаза открыты. Никаких внешних повреждений.