Осознав все окончательно, она побледнела. «Боже мой, – думала она, – я тут навечно».

– Есть другой способ, – поспешил сказать Тристан, одновременно боясь говорить дальше. Все станет только хуже, но ведь и молчать нельзя. – Времени в обрез, так что слушай внимательно, ладно?

Теперь Либби смотрела на него озабоченно, если не сказать – подозрительно: дескать, знала ведь, что ты – глупый мальчик, который не в состоянии о себе позаботиться.

– Почему? Что не так?

– Ничего. Просто за мою голову награду назначили. А так все в норме. – Он рассмеялся, а на ее лице появилось знакомое выражение тревоги. Снова видеть ее такой, испуганной, было как бальзам на душу. – За меня не переживай, Роудс, за мной Варона приглядывает. – В ее глазах промелькнула искорка радости, но Тристан предпочел пока об этом не думать. – Тебе нужно вызвать реакцию, Роудс, очень мощную. Места вроде этого работают как усилители, но тебе все равно их не хватит.

– Проклятье, – тихим голосом сказала Либби. – Этого я и боялась.

Тристан ощутил рывок за спиной, как будто хлыстом щелкнули.

– Тебе нужен выброс энергии, как от…

– Термоядерного синтеза, – очень уныло закончила Либби. – Но такая сильная реакция, даже если она мне удастся, повлияет… – У нее перехватило горло. – Заражение не пройдет много лет. Люди будут страдать десятилетиями, если не поколениями. Я… я так не могу.

А теперь ему предстояло самое страшное.

– Роудс, похоже, ты… уже это сделала.

Ответ или, точнее, лазейку нашел не Тристан. Он недели убил на собственные поиски, но успеха в конце концов добилась Париса (кто же еще?!). Спустя месяц после того, как Каллум с упоением открыл правду о том, что Либби скорее ногу себе отгрызет, чем вернется ценой подобного зверства, Париса отыскала Тристана в читальной комнате и, подвинув стул, изящно присела. Будто лань опустилась на траву посреди весеннего луга.

– Чем ты занимался у Джеймса Уэссекса? – спросила она.

То, что он с ней не разговаривает, ее, видимо, не заботило. Тристан, в принципе, и сам находил, что дуется слишком уж долго, однако, приняв однажды решение, отказаться от него уже не мог.

– Что? – буркнул он.

– В корпорации Уэссекса. – Париса смотрела на него как-то странно, напряженно и задумчиво одновременно. – Ты был венчурным инвестором, так?

– Да. – Прозвучало угрюмо, возможно, потому что за последний год Тристана об этом не спросил только ленивый. – Я проводил оценку магических технологий.

– Оружейных?

Ну вот, снова.

– Нет. Ими Джеймс лично занимался. А что? – зло и на одном дыхании проговорил Тристан.