Корабли выглядели величественно и грозно. Развивающиеся большие полотнища флагов с ярко нарисованным солнцем были хорошо различимы издалека. Четыре скоростных многозарядных арбалета по типу китайского чо-ко-ну стояли по два на корме и носу кораблей, два больших арбалета, которые пускали с веревкой и без нее гарпуны и были способны пробивать корабли противника и дальше либо их приближать при помощи ручной лебедки, либо топить. Ну и немного динамита, бутылок с зажигательной смесью. Так что отбиться от трех, может и четырех кораблей противника флот Славграда был способен.

Сами воины были на четверть вооружены новыми клинками из стали по индийской технологии или просто моностальными. Меч стоил, может, не многим меньше, чем сам корабль, но хороших мечей вместе, с саблями по типу русской века шестнадцатого, было двадцать два. Еще была огромная секира Большого, остальные вооружены боевыми топорами и трое что-то вроде алебард, которые только пробуют изготовлять. Было ровно десять лучников и еще готовых к использованию пятнадцать арбалетов колесцовой натяжки тетевы. Треть бойцов были в кольчугах, которые смастерили из мотков проволоки из будущего, другие в бою могли одевать ватники с нашитыми металлическими пластинами. Так что по местным понятиям — богатенькие бойцы.

— Может и я с вами, а то вроде вместе тренируемся, а как в поход, так нельзя? — сделал последнюю попытку Игорь, но нарвался на строгий взгляд Большого.

На всех совещаниях, где исподволь Солдат предлагал свою кандидатуру, пусть и простым ратником, но дать ему отпуск от всей рутины по управлению городом. Но, пусть и глава и граф, но Игорь встречался с жесточайшим непониманием со стороны Совета.

— Не, ты следи за перунятами, — Большой похлопал Игоря по плечу.

— Какие, нахрен, перунята, опять за свое? — осклабился Солдат, но Большой только пожал плечами.

Это на последнем Совете бывший гомельский бандит, а ныне ратник Большой, предложил сделать для детей организации типа октябрят и пионеров. И даже выдал проект с уставом таких организаций, которые назвал перунята, как замену октябрятам и внуки Перуна, как пионеры, сын Перуна — комсомолец. И серьезно пытался защитить свой прожект, не понимая, почему такое важное дело, как патриотическо-военное воспитание молодежи в городе пускают на самотек. Нет, идея не плоха, но Большой зацепился за названия те же «перунята» звучат как анекдот.

— Рыгор, если поймешь, что по времени добраться до соли не получается, быстро возвращайтесь. Не воюйте ни с кем, — давал «ценные указания» Игорь.