Сначала его не замечали. Он даже почти выбрался из сектора, в котором шли поиски. Он этого не знал, но ему оставалось совсем чуть-чуть. Его заметили чуть ли не с последний машины, на самой границе зоны поисков.
То, что его обнаружили, он понял не сразу, однако процесс пошёл и со всех сторон в его сторону устремились все находящиеся в воздухе машины. Их было меньше чем с самого начала, многие ушли на дозарядку, но всё равно очень много.
Его мастерства не хватило бы, чтобы принять бой с опытными боевыми пилотами. Тем более, что они превосходили его количеством. Плюс ко всему сам он твёрдо решил по своим не стрелять. Его спасало только то, что его пытались взять живьём. Преследователи считали, что у них есть на это все шансы и старались заставить его приземлиться. Хотели бы сбить, давно бы сбили.
Они бы добились своего, если бы Фавиру не повезло. Он увидел узкую расщелину в скале, и когда его стали прижимать вниз и вынуждать к посадке неподалёку от неё, то он нырнул туда, даже не зная, есть ли оттуда выход.
Пилот, который был ближе всего, не ожидал такого манёвра, рванул следом и зацепил скалу. Самолёт вспыхнул, после чего рванул боекомплект, и взрыв получился неожиданно большим. И хотя это была случайность, однако для всех преследователей виновен в аварии был Фавир, а то, что именно он находится на корабле, знали уже все. Это ещё больше ожесточило единорогов и те, кто был поблизости, дали несколько очередей внутрь расщелины через дым.
По Фавиру не попали, но характер охоты изменился.
Из расщелины оказался выход, он выскочил, и его не заметили, потому что последствия взрыва и дым отвлекли общее внимание. Почувствовав некоторую свободу, Фавир решил что откладывать больше нельзя и устремился в сторону пустыни к месту встречи.
И вот, когда он уже вырвался из горного массива и увидел впереди силуэт стоящего на песке огромного корабля, когда думал что всё получилось, несмотря на непредвиденные сложности, сзади вынырнула большая группы преследователей. Он уже был на полпути. Сворачивать и прятаться было некуда. Оставалось только лететь к кораблю, а там будь что будет.
Но в голове пульсировала мысль о том, что кровь по его вине уже пролилась и скорее всего, прольётся ещё. А вот зря гибнут единороги или нет, это было для него самым большим вопросом. Он боялся даже близко допустить мысль, что ошибся и сделал неверный выбор.
— Ну, принцесса, не подведи! Надеюсь, что тебе можно верить и оборванные жизни того стоят! — пробормотал он, мёртвой хваткой вцепившись в штурвал.