— И никаких штучек? — уточнил Эреб.

— Только женские.

— Пьяное соитие тоже не считается.

Лилит расхохоталась.

— Мыслишь, как истинный мужчина! Но хорошо, пусть так. И, само собой, силой я его брать не буду. Ну так что, идет?

— Пусть будет, — отозвался Эреб, принимая в свою сухую ладонь руку Лилит. И с недоброй усмешкой добавил: — Прежде чем заключать пари, тебе бы стоило узнать больше об этом молодом человеке. Ведь ты выбрала очень неудачный объект для спора. У парня слишком много других проблем, да и на женщин он не особенно падок, чтобы вопреки моему прямому запрету вступить с тобой в постыдный союз. А запрет будет, ты не сомневайся.

— Не сомневаюсь, — блеснула острыми зубками Лилит. — Ни в твоей способности запрещать, ни в своих силах. Готовься проиграть, учитель.

Молча кивнув ей на прощание, Эреб удалился.

Когда он ушел, демоница изменилась в лице. Вздохнула.

Потом взглянула на Даню.

— Знаю, получилось немного цинично. С ним иначе нельзя. Но не суди меня строго, таким бревном непросто манипулировать, — негромко сказала она, присаживаясь на край постели. — А так я получила официальный доступ к твоему симпатичному телу.

Она тихонько рассмеялась и с улыбкой погладила Даниила по волосам и шепотом мечтательно добавила:

— И почему только ты такой сладенький? Хмельной, как бокал девичьей крови на жертвеннике. Так бы и съела...

* * *

Эреб вошел в святилище, медленно переступая ватными ногами.

Какое внезапное решение.

Если вдруг Лилит пожелает победить любой ценой — она сможет это сделать. Потому что на самом деле иммунитет Дани не имел никакого отношения к месту его рождения и к другому миру.

Этот иммунитет ему дал Та’ки — побочный эффект от зачарования, которым шаман скрыл истинную природу магии Даниила.