— Мы готовы? — спросил первородный.

— Твое войско ждет приказа, господин, — склонилась Беатриси.

— В очередной раз напоминаю, что такое количество живой силы истощает наши припасы, — раскурила трубку Ортега. — Волки жрут за двоих, уже участились стычки за пайки и...

— Это неважно, — передвигал флажки Альфа. — Ничто больше не имеет значения, на рассвете мы прямой стрелой идем на столицу людей.

— Потери будут, — выдохнула дым Ортега, — большие.

— Ваши жизни ничтожны, — оскалился Альфа. — Всех, кто сложит голову во имя будущего, мы оплачем на костях рода людского. Или ты хочешь оспорить это, Ортега? — загорелись глаза серебряным светом.

Волки поморщились, поддавшись зову.

— Н-нет, — сникла одноглазая.

— Игнорировать потребности живого — значит привлекать смерть, — оперлась о посох некромантка Матриди, пришедшая из Ифа. — Ваша сестра и бывший главнокомандующий это понимали.

— Закрой свой рот, старуха! — воспользовалась положением розововолосая. — А то звучит как угроза.

— Угроза? Хе-хе, — сглотнула некромантка слюну из полузашитого рта. — Если это то, чего достойна магия, то пусть будет так. Последний бой, — птаха порхала над хозяйкой некроэссенции. — Кто же прав, рассудит время.

Сейчас Матриди была одной из самых мудрых и рассудительных персон среди ведьм. Остальные девушки и женщины прислушивались к ней, сделав её негласным лидером ведьминской стороны. Как ни посмотри, у некромантки был только один путь — путь Похода. Но в нужный момент, если возникнет альтернатива, чью сторону она примет?

Совет закончил обсуждение.

Противоречивые чувства терзали Ортегу. Она не смела ослушаться "вожака", но почему именно сейчас грудь разрывало это противоречие? Когда у власти была Ави, все казалось таким правильным, естественным, а сейчас... Сейчас Ортега как никогда ощущала чужую волю в своей голове. Будто её действия не принадлежат ей. Это то, за что она боролась долгие годы? Создала Союз только ради этой цели? Погибнуть в лучах серебряного света?

— Сестра, — подловил Ортегу братец, что теперь не сидел в заключении. Его грех был прощен и не имел больше смысла.

— Что, Делек? — спокойно ответила волчица.

— Я пойду в бой... — передал он мысли. — Вместе с тобой.

— Наш бог зовет всех, — выбила она сожженный табак о кожаный нарукавник.

— Не только поэтому, — приподнял руку Делек, но не решался прикоснуться к плечу собеседницы. Ортега, все поняв, сделала это сама.

— Хорошо, братец, хорошо. — Грустная улыбка.