Экран трясло не переставая. Если бы людей внутри жестко не зафиксировали в эргономичных креслах, то сейчас по всему отсеку модуля разлетались бы человеческие тела.

Тряска нарастала, стабилизаторы не справлялись. Голос за кадром метрономом отмечал время до посадки:

– …две минуты до касания…

– …минута пятьдесят секунд…

– …минута сорок секунд…

– …минута тридцать секунд…

В один момент картинка дернулась сильнее обычного. Сработали парашютные системы. Завершающий этап спуска, ставшего плавным.

– …все системы работают нормально… – доложили из капсулы.

– …три-один, подтверждаю, телеметрия в зеленом фоне… – прилетело по связи с орбиты.

Фигуры в скафандрах застыли в ожидании. Сквозь прозрачные забрала закрытых шлемов видны напряженные лица. Если предварительная разведка местности допустила ошибку, если автоматика не справится, если расчеты окажутся неверны, то спускаемый аппарат со всем экипажем погибнет в мгновение ока.

Спасателей не будет. Любая авария гарантированно приведет к гибели всех на борту. Достаточно выдвижной стойке наткнуться на камень с большим процентом прочности, чем просчитал компьютер, и опрокинуться набок – и капсула уже не взлетит снова.

На главном корабле оставался запасной модуль, но с учетом обстоятельств его прибытие могло затянуться. Все это понимали и отдавали отчет, чем грозит даже малейшая неполадка.

– …тридцать секунд до касания…

– …двадцать девять…

– …двадцать восемь…

– …двадцать семь…

Капсула продолжала спуск. Красная поверхность приближалась. Внешние камеры уже различали песчаные барханы из красно-пепельного песка и отдельные куски скал, разбросанных в отдалении.

– …пять…

– …четыре…

– …три…