Зато в мастерских, примеряя новые платья и костюмы, Джоанна едва не взвизгивала от восторга – таких у нее в жизни не было. Впрочем, она смогла удержать на лице бесстрастное выражение, научившись ему у того же Артура. Не то чтобы ей претило выказывать свои чувства, просто не хотелось выглядеть в глазах киборга девчонкой-соплюшкой, готовой прыгать от радости, увидев красивую тряпку. Правда, в том, что ей удалось его обмануть, Джоанна не была уверена – Артур был проницателен. Как-то не по-человечески проницателен, надо сказать – он ей объяснил как-то, что может отслеживать физиологические реакции организма, и уже на основании их анализа делает выводы. Ну, каким образом он эти выводы делает, было, в общем-то, неважно, главное, ошибался Артур очень редко, на памяти Джоанны всего дважды, и оба раза в таких мелочах, что и упоминать не стоит. Однако сейчас он, даже если и заметил, что подарки не оставили даму равнодушной (да чего уж, наверняка еще вчера заметил), никак это не показал. Как всегда, каменная физиономия, прямо словно у какого-нибудь тотемного идола, которым поклоняются дикари-южане, и единственная фраза по поводу вещей была, что все же они занимают много места. Ну да, а куда деваться? Хорошо еще, все легкое и на заводных лошадей поместилось, не пришлось докупать – сегодня это было сделать, мягко говоря, затруднительно.

Весь город стоял на ушах. Как же, преступление века – банк ограбили. А ведь его, как считалось, взять было практически невозможно. Тем не менее ночью кто-то ухитрился залезть и хорошенько в нем похозяйничать, пришибив мимоходом сторожа. Сейчас вокруг здания, в котором, собственно, и располагался банк, суетились люди, кого-то, наверное, управляющего отпаивали валерьянкой – ядреный запах лекарства Джоанна почувствовала издали. Ну и народ, как ему и положено, собрался поглазеть на бесплатное зрелище. А вот киборг никакого удивления не выказал, сидел с каменным выражением лица, без интереса разглядывая творящееся безобразие. Нет, он, конечно, по своему обыкновению собирал и анализировал информацию, но было его спокойствие каким-то искусственным, и Джоанна заподозрила, что дело тут нечисто. Однако мысли свои она оставила при себе – до поры, а там видно будет.

Из города они выехали на удивление спокойно, хотя первое, что сделала бы на месте властей девушка, это закрыла бы ворота и никого из города не выпускала. Однако, похоже, случившееся малость притупило высокому начальству разум, а может быть, они просто решили, что те, кто так лихо грабанул банк, сидеть и ждать не будут, а просто сбегут из города еще ночью, благо ворота в темное время обычно не закрывались. Просто удваивалась стража, но, при должной сноровке, прокрасться незаметно было можно. Логика в этом, конечно, была, хотя все равно перекрыть выезд стоило. Очевидно, кому-то это тоже пришло в голову. Они уже отъезжали, когда ворота позади них, скрипя плохо смазанными петлями, начали закрываться. Видимо, каким бы хлипким ни казался шанс, что грабители еще в городе, его решили все же использовать.