На третий день пребывания рядом с Источником, ближе к вечеру, я собрал все свои вещи в ожидании конца зарядки странных артефактов. Просто на всякий случай, а если честно — то на случай того, что придётся удирать отсюда. За это время я пополнил боекомплект. Жутко жалко было потраченных в Замке наконечников из особого материала — на тамошних монстров они никакого особого впечатления по сравнению с обычной сталью не оказывали. Разумеется, сплава у меня в рюкзаке достаточно — но в виде слитков! А где прикажете кузницу брать для их обработки? Готовых наконечников, правда, было с собой тоже около полусотни, плюс кое-что обломал с безнадёжно попорченных в ходе «битвы за дверь» стрел, но подобрать смог только те, что выпустил во дворе. Так или иначе, часть наконечников, вздохнув, упаковал обратно, использовал только тридцать. Сделал десяток охотничьих стрел из острых от природы ростков карсиала — пригодятся в дороге. Ну, и шесть десятков стальных, бронебойных и с листовидным наконечником. Сто штук, чуть больше девяти с половиной кило без веса колчана.

Отоспался, отъелся — жуткий аппетит пропал к утру, за первую же ночь после того, как я избавился от артефактных стрел. Пытался разгадать секрет браслетов и загогулины, но не смог. Каждые часа три гулял к источнику — посмотреть, как идёт зарядка. Процесс, кстати говоря, шёл неравномерно, то ускоряясь, то замедляясь. При этом сквозные вырезы в древках стрел заполнялись, зарастали изнутри чем-то, похожим на розовый коралл, только без пор. К моему предыдущему визиту рельеф почти сгладился, стрелы стали ощутимо тёплыми, а по наконечникам начал прорастать узор из розовых прожилок.

Я залёг, что называется, «в складках рельефа» метрах в двухстах от источника, пристроив рядом рюкзак, и внимательно смотрел туда, где оставил свой трофей.

— БУМ! — раздалось у меня за спиной.

Я подскочил, как подброшенный пружиной, и приземлился уже в боевой стойке, в одной руке — глефа, вторая — на рукояти меча. Только сердце колотится так, что сейчас, кажется, через горло выпрыгнет, и во рту пересохло. А напротив стоит ехидно ухмыляющийся Арагорн. Руки на груди сложил и хихикает, изверг.

— Как-то ты странно спать лёг, на животе…

— Нельзя же так людей пугать!

— Мне — можно, — и ухмыляется, зараза.

— Я тут эксперимент провожу, на всякий случай — отошёл подальше.

Арагорн картинно сложил руки биноклем, посмотрел в сторону Источника.

— Целых три, — тут он издал неразборчивый скрежет, напомнивший мне анекдот про японскую лесопилочку и железный лом, — то есть «Стрелы последнего часа», заряженные, хоть и не совсем правильно. Оно и понятно, им бы Свет и Огонь дать, а не Огонь и Воздух. Лежат в источнике. А в чём эксперимент-то?