— И что мы будем делать?

— Пойдем к ним! Будешь меня прикрывать. Не будут слушать, врубишь своими атакующими с чистой совестью и наверняка. Во всяком случае, это произойдет у всех на виду.

— Ханна! Там что-то происходит.

Снова поворачиваюсь к окну. Вижу Дусю, Иксиона и Мерлина на крыльце. Существа они настолько колоритные, что ни с кем не спутаешь.

Что это с ними? Что это с ними?! У меня перехватывает дыхание. Кажется, это гроб. Терин же оставался в лагере. Он был очень слаб. Неужели он не выжил? Ох, бедный Лин. Нужно… Нужно как-то сделать так, чтобы ему было не слишком больно услышать о смерти отца. У меня дыхание перехватывает. Говорить тяжело.

— Саффа, иди к Лину, — отрывисто бросаю я.

— Зачем? — недоумевает та.

— Быстро!

Саффа расширяет и без того немаленькие глаза, но подчиняется и тут же исчезает. А я стою, пытаюсь отдышаться. Терин умер. Терин умер… Что же делать теперь? А Дуся, а папа? Как они это смогут пережить?

Снова бросаю взгляд в окно. На крыльце уже пусто. Куда они могли перенести тело? Наверное, в тронный. Он большой… А Терин князь… Или тронный, или зал для церемоний.

Бегу в тронный. По пути соображаю, что туда направляюсь не только я. Люди, видя меня, останавливаются, глядят с участием. И не только люди.

— Я должен выразить Вам свое соболезнование или поздравить?

Этот глупый вопрос задает мне Налиэль. Смотрю на этого эльфа и не понимаю — о чем он.

— Поздравить с чем, борэль?

— Теперь Вашей безопасности ничто не угрожает, — заявляет он и ухмыляется.

— Я Вас не понимаю, борэль. В любом случае, мне кажется, что сейчас Ваши сентенции более, чем не уместны!

— Простите, Ваше величество! — отвечает этот остроухий и кланяется.

У дверей тронного меня встречает Кир. Лицо у него обеспокоенное.

— Зачем ты встал?

— Ханна, ты как, держишься?