— Дуся, у меня с сыном неизвестно что происходит, а ты мне претензии дурацкие предъявляешь! — рассердился Вальдор.

— Прости. Я просто хотела тебя отвлечь, — призналась я, — так что с Шеоном? Вот ты, Валь, не поверишь, но я этого мальчика люблю. Как сына! Так что даже не думай ухмыляться! Это очень некрасиво с твоей стороны не сказать мне, что он болен.

— Прости, Дуся, но мне не до тебя было, — признался король Зулкибара. Ну что ж, и на том спасибо, что хоть правду сказал — не до меня ему было. Честный, растудыть его в качель!

— Пошли! — распорядилась я.

— Куда? — растерялся Валь.

— К Шеоннелю, дурья твоя башка! Ребенок там, может быть, умирает, а ты тут со мной разговоры беседуешь! — прикрикнула я, схватила короля за руку и телепортировала в спальню полуэльфа.

Ой, ну вы ничего такого не подумайте насчет того, что я знала ориентиры его покоев. Зулкибарский дворец для меня как дом родной, а где Шеона разместили, я еще несколько дней назад от Лина узнала.

Полуэльф лежал на кровати, бледный такой, глаза закрыты и, кажется, не дышит вовсе. Рядом на стульчике обнаружилась грустная Аннет. Такое ощущение, что возле мертвого тела тоскует, того и гляди — разрыдается. Меня аж жуть взяла. Я чуть ли не бегом приблизилась, убедилась, что Аннет, как всегда, перегнула — Шеон был жив, хоть и видок у него не ахти. Я присела на край кровати, погладила его по щеке, не удержалась и всхлипнула. Аннет откликнулась ответным всхлипом, еще более горестным и громким, чем мой.

— Вы что? — прошипел Вальдор, — истерику устраивать собрались? Немедленно прекратить! Не хватало еще, чтобы над ним, как над покойником, рыдали!

— Дурак ты, Вальдор, — шмыгнув носом, огрызнулась я, — жалко же мальчика. Ну, вот что с ним такое?

— Порча? — робко предположила Аннет.

— Нет на нем ничего такого, — уверенно сказала я, — сейчас нет, и пять дней назад, когда Лиафелька уезжала, тоже не было. Я же сразу посмотрела. С этой кильки сталось бы из вредности на него какую-нибудь гадость повесить.

— Не говори глупостей, он ее сын все-таки! — возмутился Вальдор.

— Да, какая из нее мать? — прошипела Аннет

— Это ты от волнения с ума сошел, радость моя? — ласково спросила я, — такие глупости говоришь, зная, как эта сумасшедшая разукрасила его. Огненная лилия. Надо же! Кстати, дед научил меня, как это делается. Очень нехорошее атакующее. Обязательно применю его при случае… Валь! Как ты вообще умудрился когда-то связаться с такой, как Лиафель?

— Не спрашивай, — Вальдор поморщился, будто я ему зуб без наркоза выдрать предложила.

— Бедный мальчик, — я переключила внимание на Шеоннеля, взяла его за холодную неподвижную руку, погладила по щеке, ну и по ушку само собой тоже погладила. Да, нравятся мне его ушки, ничего не могу с собой поделать!