Брехт поделился на следующем привале этими мыслями и заметил, как у вояк глаза загорелись. Побить унижавших их недавно французов под руководством этого гиганта краснобородого просто сбыча мечт.

— А справимся? — Чуть более осторожный генерал-майор Штейнгель широко замахнулся, ногтём на карте круг очертив. Да, Франция в разы больше Баварии.

— Посмотрим. Готовиться надо, как только домой придём, так и начнём ваши войска переучивать. У меня с собой почти две тысячи учителей. За год из ваших солдатиков настоящих профессионалов сделаем.

— Так, а что сейчас с герцогством Берг? — гнул своё фон Вреде. — Не будем освобождать от французов? Пока они новое войско соберут.

— Я подумаю.

Сейчас Брехт сидел на заседании руководителей Баварии и рассматривал трёх старичков и одного юношу. Юношей был Людвиг Максимилианович — старший сынок бывшего курфюрста, самым старым и главным, наверное, был Канцлер Тайного Совета или глава правительства Баварии Иоганн Фридрих фон Хертлинг. Старичку было под восемьдесят, и он был совершенно седой и скрюченный, но глаза были хоть и по старчески блёклые, но живые и умные. И вопросы он задавал правильные. Вторым старичком был министр королевского дома и иностранных дел граф Максимилиан фон Монтгелас. Гораздо более молодым старичком. В районе шестидесяти. Этот сидел с полуприкрытыми глазами. То ли прятал, как там это генетическое недоразумение называется, когда один глаз серый, а другой карий, то ли и в правду кемарил. Цвет — хром. Точно — Гетерохромия. Этот был прилично так лыс, только седые кучеряшки затылок с висками окаймляли, зато усы были будёновские. И нос прямо длинный — длинный.

Последним министром, точнее, заместителем министра иностранных дел был Георг Фридрих фон Центнер. Он и выглядел на целый центнер. Высокий и толстый. Даже пухлый.

Ну и четвёртым собеседником был наследник Максимилиана Людвиг. Ждали, когда подойдёт ещё и тройка военных. Нет, не опаздывали, это Брехт этих четверых чуть пораньше собрал, чтобы познакомиться и обсудить одну интересную провокацию, что он задумал. Прямо пальчики оближешь, какая классная мысль князю фон Витгенштейну в голову пришла.

— Уважаемые херы, а поведайте мне, пожалуйста, что у нас с казной и вообще с финансами? — Брехт устремил взгляд в переносицу канцлера.

А херы как давай все вчетвером галдеть, друг друга перебивая, сначала, а потом, забыв о князе Витгенштейне стали покрикивать друг на друга и собачиться.

— А ну замолкли!!! — Бабах, это Пётр Христианович со всей дури по дубовой столешнице долбанул кулаком. Ох, больно-то как. Столешница выдержала. Это вам не ДСП, умели делать.