Тэсара повиновалась, не сводя глаз с его обветренного лица. Когда, наконец, она достигла другой стороны, она потребовала первую попавшуюся лошадь.

Вскоре она миновала то место, где спешился Савегр. Она продолжала спускаться по реке, опасаясь того, что ждало ее за поворотом.

Наконец, она догнала одиноко стоящего на берегу коня Уралеса. Пришпорив кобылу галопом, она достигла места, где река расширялась в мутные лужи, булькающие по гладким камням. Савегр и Уралес брели к берегу. Элиасара висела между ними, как увядший цветок.

Спрыгнув с лошади, Тэсара бросилась в мелководье, юбка мешала двигаться. Наконец, она добралась до Элиасары. Вместе они побрели к берегу. Прижавшись друг к другу, они упали на колени на илистый берег.

Тэсара плакала и покрывала лицо дочери поцелуями. Элиасара фыркнула и закашлялась.

— Он поддерживал меня, мама, — сказала она, дрожа от холода в объятиях Тэсары. — Он поддерживал меня и не давал мне утонуть.