Роль поселкового общежития выполнял большой двухэтажный домище, выстроенный из камня совсем недавно. У здания имелось две пристройки — капитальная баня и летняя кухня под навесом. В туалет приходилось ходить довольно далеко за пределы поселка и это хорошо, поскольку выгребные ямы рядом с жильем в наших условиях «благоухали» ли бы нестерпимо. Кабинки сортиров размещали в зарослях временно и регулярно переносили их с места на место.

Еще одна причина такого подхода — жители поселка брали воду из огромного подземного резервуара. За лимитом следил специальный человек с сорколином-стражником для солидности.

Влад показал мне, где они разместились, и я мог оставить лишние вещи под присмотром Маши. Обстановка внутри общежития выглядела по-спартански. На первом этаже, предназначенном для кандидатов в ополчение, на глиняном полу размещалось примерно двадцать лежанок из циновок и матрасов разной степени убитости. Кроме дюжины вбитых в стены деревянных гвоздей, предназначенных для просушки стеганок, из мебели имелась буквально одна скамейка и едва ли пара грубых табуреток.

Здесь следует забежать немного вперед. Второй этаж кардинально отличался от первого. Во-первых, он мог похвастаться более комфортной для жизни обстановкой. Здесь присутствовала бамбуковая мебель местного производства — кровати, стулья, сундуки и разные украшательства ручной работы. Во-вторых, здесь проживал устоявшийся очень непростой коллектив со всеми вытекающими. Помещение делила на две части перегородка из бамбука и ткани. В мужской половине обитали чуть менее заслуженные ополченцы. Им не хватило места в казарме, и они еще не присоединились ни к одной из ватаг, обычно квартирующих в своих отдельных домах. Все как один — участники боевых действий, считающие, что им позволено больше других. Ведь они рискуют жизнью, защищая остальных. А значит, имеют право шумно и с размахом отмечать, когда у нормальных людей принято спать.

По соседству с этой группой лиц проживал еще более проблемный контингент, который обычно именуют «прекрасным полом». Днем девицы отсыпались, занимались шитьем, приготовлением пищи и уходом за ранеными, а ночью принимали всех желающих с серебром в кошельке.

На плоской и огражденной крыше общаги каждый вечер случались посиделки с выпивкой и амурными делами. Даже имелся огороженный легкими ширмами угол с парой набитых соломой матрасов, который иначе как Траходром никто не называл.

Частично общага выполняла функцию лазарета. Здесь постоянно лечились попавшие в передряги патрульные и моя разбитая рожа никого не шокировала. В обязанности живущих наверху девиц по умолчанию входил уход за ранеными, поэтому на разгул страстей в общаге власти до времени закрывали глаза.