Хидецугу достиг сада из кольев, где он вывешивал оторванные головы, чтобы отпугнуть посетителей. Он сунул ладонь в сумку, вытащил из нее головы двух акки и одного разбойника, и равномерно насадил их на свободные колья. Человеческая голова была все еще свежей, и от запаха крови с мозгами в его животе послышалось рычание.

Огр шаман поплелся обратно к своей хижине, держась самого центра тропы. Прямо за садом была огромная куча грязи и щебня. Несколько дней назад на ее месте стояла огромная каменная плита, которую он установил, как испытание для своего ученика. Когда Кобо сможет расколоть плиту по середине одним ударом, он будет готов оставить служение Хидецугу.

Хидецугу огляделся, пока не заметил разломанный молот. Под натиском его собственной ярости, тестовый камень оказался крепче молота. Хидецугу пришлось доработать остаток кучи осколков голыми руками. Костяшки его левой руки все еще кровоточили.

Подойдя к своей лачуге, Хидецугу резко остановился. Он поднял свою громадную морду и принюхался. Посетители? Удивился он. Лучше сейчас, чем завтра, решил он. Дождь не подпустит к его долине даже самых суицидально любопытных, а он быстро становился голоден.

Хидецугу был терпеливым для огра. Он просто стоял, наблюдая, пока посетитель не рухнул вниз из облаков. По крикам, он принял его за женщину, но когда фигура подлетела ближе, он увидел, что это был мужчина человеческой расы.

Беловолосый маг в одеждах ученика подлетел к нему, словно раненная птица, тяжело рухнув на пыльную землю у ног Хидецугу. Несмотря на свой голод и кипящую ярость, Хидецугу едва сдерживал свой интерес к этому вторженцу. Он, очевидно, не контролировал свой полет. Возможно, разбойники послали о-бакемоно подарок.

Отметина на плече Хидецугу начала пульсировать, и огр тут же насторожился. Ему пришла в голову мысль, что этот подарок выслал ему кто-то другой.

Хидецугу протянул руку к лежащему на земле измученному, кашляющему юнцу. Двумя пальцами он взялся за шиворот ученической мантии и поднял юношу на уровень глаз.

Зрение ученика прояснилось, и он заорал. Он замотал руками и затрясся в руке Хидецугу, царапая и колотя пальцы огра. Хидецугу смотрел на мага, не видя его, уставившись лишь на клеймо, горящее под его белой копной волос.

- Я вижу, ты знаком с Тоши, - прорычал Хидецугу. Мокрое лицо мага замерло, и в горле застрял ком. Он открыл рот, но из него послышался лишь неразборчивый писк.

- Я также вижу, что ты ученик. Я недавно потерял своего ученика. Но ты это и сам знаешь.

- Пожалуйста, - прохрипел маг. – Во имя святейшего ками…