Леди Жемчужное-Ухо поклонилась. – Мой повелитель, - начала она.

Конда сидел, скрестив ноги, на возвышенной платформе. Он сжимал рукоять убранного в ножны меча, лежащего у него на коленях.

- У тебя есть новости.

Жемчужное-Ухо поклонилась еще раз. – У Вас родился ребенок, мой повелитель.

Даймё Конда кивнул. Странная, дикая ухмылка разрезала его тонкие черты лица, и он хрипло засмеялся. – Девочка.

Жемчужное-Ухо выдержала паузу. – Да, мой повелитель. Принцесса крепко спит вместе с Леди Йошино.

- Принцесса. Да. Но это уже не важно. – Даймё не желал, или был не в состоянии сфокусировать свой взгляд. Лицо его было обращено к Жемчужному-Уху, но крупные миндальные зрачки его глаз метались из стороны в сторону, словно корабль, потерявший управление в шторме. В тусклом свете даже казалось, что глаза Конды вылетали за пределы его лица.

Даймё улыбнулся еще раз и засмеялся долгим, протяжным смехом, не сводя руки с рукоятки меча.

В растерянности, Леди Жемчужное-Ухо перевела взгляд на пространство за спиной Даймё. У дальней стены был выстроен небольшой каменный алтарь, на том месте, где раньше стоял алтарь Мёдзин Очищающего Пламени. Теперь же, единственным изображением божественного покровителя Даймё была изящная фреска на северной стене, изображающая Конду и мёдзин бок о бок, как равных, ведущих войска Даймё на битву. Лица обоих были озарены праведным гневом, направленным против их врагов. Над ними, великий солнечный дух Тераши освещал небосвод.

Теперь новый алтарь представлял собой квадратный гранитный пьедестал, увенчанный мраморной колонной. Грубый каменный диск парил в нескольких футах над колонной, дымясь немного в холодном воздухе помещения. Странный силуэт был вырезан на лицевой стороне диска, нечто со звериной головой и рогами, лежащее в позе эмбриона.

Конда встал, его глаза все еще метались из стороны в сторону, словно в нерешительности. Он вытянул зачехленный в ножны меч параллельно земле, указывая им на Леди Жемчужное-Ухо.

- Не смотри на него, - сказал он. – Это мое.

Жемчужное-Ухо вздрогнула. – Простите меня, повелитель. Я не хотела ничем навредить.

- Мне уже ничто не может навредить, Леди Жемчужное-Ухо. Я уже недосягаем для любой угрозы, которую ты лишь можешь себе представить. Но моя воля все еще – закон в Товабаре. И да вострепещут враги мои!

Жемчужное-Ухо поклонилась, дабы спрятать выражения своего лица. – Да здравствует Даймё. – Она подняла глаза и сказала, - Если позволите, мой повелитель, Леди Йошино…

- Родила, да, да, да. Ты это уже сказала, Леди Жемчужное-Ухо из кицунэ-бито. Но я также кое-что создал этой ночью. Я также произвел нечто на свет. Я отец и мать для всей этой страны.