Казалось, что он стал центром аномалии, внутри которой свет светила окрасился в красноватый оттенок, а в воздухе запахло железом, даже возникало некое ощущение распылённой, мелкодисперсной влаги, что витала в воздухе. И казалось, что все вокруг покрывалось этой влагой, что конденсировалась из воздуха и создавала кровавую плёнку на всех поверхностях вокруг.

Даже я ощущал на себе чувство стягивания, словно усыхающая кровь стягивала тело и душу, желая разорвать его на отдельные куски. Но если я лишь ощущал это, словно навеянную иллюзию, то вот окружающая природа демонстрировала это в реальной жизни. Растения усыхали и их сухие тела просто разрывались на множество кусков. Это касалось всего живого: травы, цветы, деревья, кусты, насекомые, одноклеточные и многоклеточные организмы, не успевшие сбежать мелкие существа… все они умирали за секунды.

Может быть, с какой-то стороны было бы глупо, вот так демонстрировать свое положение, свои намерения, явно не положительные, в сторону хозяина или хозяев этих мест, но это не имело значения. Охрана места пленения сына Шонлаха всё равно обнаружит нас, как бы мы не прятались. Шонлах уже предпринимал попытки пробраться незаметно, но любые методы, все, что он использовал, было бесполезно – охрана горы его обнаруживала до того, как он даже пересекал охранный периметр. И это не органы чувств этих существ виноваты – сами по себе они Шонлаха и вблизи обнаружить не могут, если он того не пожелает. Но тут… есть кто-то или что-то ещё, что координирует этих существ, управляет и направляет их на вторженцев. И пока мы не узнаем, как он засекает вторженцев, мы не сможем и спрятаться. Зато аура, раскрытая во всю, позволяет отпугивать подавляющее большинство фауны от нас, что позволяло избегать кучи мешающих нам на пути тварей, что не столько замедляли нас, сколько раздражали, ведь тоже обладали эффектом подавления не физических воздействий, пусть и значительно более слабой его версией, сравнимого с половиной первого уровня моего нового прибора.

Так что, мы не только не прятались, напротив, мы громко заявляли о себе, оставляя за собой покрытую едва заметной кровью, разорванной и иссохшей растительностью и ранее живыми существами, широкой просекой.

Но уже через пару минут такого движения нам пришлось резко остановиться, когда мы с Шонлахом ощутили, как по нашим аурам ударила с огромной силой волна чьего-то присутствия, проходя сквозь неё, словно и не замечая препятствия. Оно не было сконцентрированный конкретно на нас, и легко прошло дальше, а вслед за волной мы увидели, как опустошенная мной и вампиром земля снова стремительно покрывается растительностью, а жизнь скрывает в себе все следы того, что мы тут прошлись. После, присутствие сконцентрировалось уже на нас, как только все следы нашего тут пребывания сошли на нет.