Теперь сбегать дальше. Мне повезло. Тюрьму обстреливали, и часть кирпичной стены в этом месте обрушилась. Будет легче перелезть.

Свобода рядом. Только руку протянуть.

Но я услышал шум шагов поблизости. Кто-то бежал в мою сторону.

— Он должен быть здесь! — раздавался знакомый крик. — Собери всех! Узник из девятой не должен сбежать!

— Но господин старший надзиратель! Штурм уже идёт! Нам нужно…

Они за той окованной дверью в кирпичной стене. Я побежал к пролому, но бесполезно, не успею. Есть револьвер от покойного надзирателя, но одиночные выстрелы могут привлечь внимание. Тем более что ригга больше не стреляла. Я даже не слышал шума двигателей.

Дверь открылась. Первым выскочил старший надзиратель Хайдль. Хорошо помню его прыщавую и небритую морду, тот ещё гад, а его отец и дед были ещё хуже. За его спиной был кто-то ещё из надзирателей.

— Арестант сбегает! — крикнул Хайдль, выхватывая револьвер. — Немедленно…

Я вытянул к нему правую руку и сжал кулак.

— Иди-ка сюда!

С предплечья сорвалась красная цепь и полетела к надзирателю, разбрасывая во все стороны красные искры. Он захрипел, когда она со звоном обвила его шею, а я дёрнул к себе.

Хватило, чтобы с хрустом сломать всё одним рывком, но цепь протащила тело ко мне по воде. Левой рукой я вытащил трофейный револьвер из кобуры. Второй надзиратель уже убежал.

Цепи исчезли с обеих рук, будто их и не было. Теперь снова татуировки, обычные, которые больше не светились. Капризное оружие.

Я побежал к стене. Тот, кто придумал взять тело молодого преступника для моей вечной пытки, сделал мне подарок. Я легко забежал наверх до середины полуразрушенной стены, схватился за обломки наверху и подтянулся.

Теперь самое опасное.

Наружная стена, на которой трудно зацепиться. Под ней отвесный холм, стоящий на берегу озера. А под ним само озеро. Огонь пожаров отражался в воде. Горел и лес с той стороны озера, но после недавнего дождя неохотно.

Можно сразу прыгнуть в воду, но это рискованно, можно разбиться. Надо слезть пониже.

— Он там! — раздалось за моей спиной.

Быстро они. Я начал спускаться. Хватался за редкие кирпичи, торчащие из стены, прижимаясь к ней всем телом. Стена холодная, холод чувствовался через одежду. Дождя нет, но если начнётся, соскользну.

Слышно, как надзиратели пытались забраться тем же маршрутом, что и я, но у них не получалось. Отъели себе слишком толстые задницы. Но всё равно начал спускаться быстрее. Спуститься бы до холма, там будет проще.