Второй дежурный написал.

— Юрий сообщил нам, что вам требуется инвазивное извлечение энергии, чтобы продолжить. Вы согласны на это?

Я посмотрел на них, и вдруг очень забеспокоился.

— Э-э, да?

Первый дежурный передал мне страницу, в которой, по сути, говорилось, что я согласился на процедуру по собственной воле и без принуждения. Там был небольшой флажок, который я мог отметить, если мне угрожали или шантажировали, и еще один квадрат большего размера для моей подписи. Я подписал имя Дитрия, моя рука слегка дрожала, а затем вернул его.

Юра подписал что-то свое, а потом передал и обслуживающему персоналу.

— Можете идти, — сказал первый служитель.

Юра вопросительно взглянул на меня, и я отчаянно попытался в последний раз направить свою силу в конструкцию. Я сделал… Что-то с ним еще в Минае, когда я в панике бегал по округе. Моя сила могла делать то, что мне было нужно, просто она не сотрудничала.

Ничего такого. Я вздохнул и неохотно кивнул.

Юра нерешительно положил одну руку мне на грудь, место в центре, где находился мой силовой камень, а другую руку поверх моей собственной руки, вводя его конструкцию.

— Ты уверен?

Я знал, что обязательно должен отказаться. Это казалось слишком зловещим. Разве я не утверждал, что люблю избегать дискомфорта?

— Если мы их найдем, мы сделаем все возможное, чтобы помочь «пятому», — тихо сказал я. — И без крайней необходимости мы не причиним ему вреда. И ты позаботишься о том, чтобы о Тали хорошо позаботились, чтобы она могла как можно быстрее оправиться от всего этого.

Юра слабо улыбнулся.

— Это не убьет тебя, тебе не нужно беспокоиться о последних словах.

— Вы так говорите, но… — я понизил голос до шепота, — Мои обстоятельства нельзя назвать обычными.

Он отдернул руку.

— Ты прав. Мы не должны рисковать.

Я взял его руку и положил ее обратно.

— Нет. Что бы ни случилось, мы должны остановить ее и спасти ее детей, пока она не превратила их в монстров. Это важно. Я доверяю тебе управлять делами и готов рискнуть.