К горлу подкатил комок. Мэд напрягся, удерживая содержимое желудка внутри. Не хватало ещё заблевать тут всё. За такое его Ширен точно пристрелит. Но что делать, если страх смерти сковал мышцы, даже мысли и те ворочаются с трудом? Почему в жизни всё настолько страшно? В фильмах же не так было! Там герой лихо прыгает и стреляет во врагов. А после перестрелки идёт пить кофе, без всяких там мыслей и уж тем более, без извергания недавно съеденного обеда на пол!

Снова раздался громкий треск. Мэд вздрогнул, услышав, как засвистели рядом иглы. Ещё одна неправильность происходящего вокруг. Игстрелы не издавали привычных, громких звуков выстрела. Лишь этот треск, будто кто-то рядом ломает сухие ветки. Хотя от этого не становилось менее страшно.

Железная рука схватила за шиворот и вздёрнула в воздух. Так, что ботинки нелепо задёргались, не находя опоры. Дыхание перехватило, а совсем рядом со своим лицом Мэд обнаружил свиной пятачок, а чуть выше него горящие яростью чёрные глаза. Акбел, один из «быков» в их банде.

— Живо начинай стрелять, мелкий выпердыш! Не зли меня!

Металлические пальцы протеза, принадлежащего чонкигешиту, разжались, выпуская молодого гопа на волю. Мэд перевёл дыхание, в очередной раз окинув взглядом поле своего первого (и, похоже, последнего) боя. Большой зал раньше был каким-то торговым центром или чем-то подобным. Массивные колонны, широкая лестница с противоположной стороны, большой овальный атриум в центре, да разбросанные тут и там тумбы. По сторонам, левой и правой, шли небольшие павильоны, к этому моменту уже почти лишившиеся своих прозрачных витрин, да и части перегородок, чего уж греха таить. В сочетании с общей картиной разрухи и упадка создавалось стойкое впечатление случившегося постапокалипсиса. Подобные картины Мэду приходилось видеть, как в фильмах про «жизнь после конца света» и всяких там зомби, да в компьютерных играх про мрачный мир будущего.

Их небольшой отряд подловили прямо во время перехода из соседнего здания. Когда раздался громкий треск и засвистели иглы, молодой гоп на секунду опешил, превратившись в статую. Рядом падали бойцы их небольшой группы, а он продолжал стоять, слыша только свист смертельных игл у виска. Только вовремя прилетевшая со стороны Акбела оплеуха, сбившая с ног, спасла тогда Мэду жизнь. Другим повезло меньше. Сразу четыре мёртвых тела упали на пол, уменьшив численность их отряда почти вдвое.

Сейчас они оказались разделены на две группы, по три бойца в каждой. В крайнем левом павильоне он сам вместе с Акбелом и Ширен. А с другой — Калантар, правая рука Ширен, и ещё два бойца, лубасири, имён которых Мэд не помнил. Он вообще мало что понимал, в один день рухнув на самое дно мира, сюда, в эти нижние уровни Фулгора, гигантского города-гиганта, рядом с котором крупнейшие города Земли могли считаться лишь захолустными маленькими деревушками.