– Конечно, договоритесь! Хотите услышать наши условия? Свобода! Полная свобода, перевозка на планету по нашему выбору и… и миллион долларов каждому!

– И оружие, приятель, – практично добавил Бейсингстоук. С невольным восхищением я подумал, что из них двоих он всегда был умнее. Меня всегда восхищали быстрота, сообразительность и точность действий двух старых чудовищ. Подумайте только! Их захватило врасплох мое внезапное появление на экране ПВ; но им потребовалось не больше десяти секунд для того, чтобы ответить, составить план и привести его в действие. И вот дети под прицелом, а требования преступников уже высказаны.

Однако десять секунд – это десять тысяч миллисекунд.

Я с экрана сказал:

– Вы оба получите свободу. То есть вас выпустят из тюрьмы и вы можете выбрать любую планету – не Землю и не Пегги, но хорошую планету. Только вы на ней будете единственными людьми. – Предложение кажется справедливым. У меня даже была планета на уме, ее подобрал Альберт. Правда, она в ядре, одна из тех лишних планет, которые благоразумно прихватили с собой хичи для возможного заселения, но планета прекрасная. Они могут идти там куда угодно – особенно если учесть, что в ядре они будут делать это в сорок тысяч раз медленнее, чем на Земле.

– К дьяволу это! – выпалил Хеймат. – Мы выберем планету сами! И не забудьте о деньгах!

– Я вам дам деньги, – вежливо сказал я. – Миллион на каждого. Сможете купить себе для компании программы. Подумайте об этом, парни. Вы ведь понимаете: мы не можем больше позволить вам бомбить города. – Я увидел, как сузились глаза Хеймата: он услышал звуки в соседней комнате – и поэтому быстро добавил: – Выбора у вас нет. В противном случае вы умрете. Посмотрите, что мы для вас приготовили. – И я показал на экране орбитальное оружие, стреляющее нацеленными частицами.

Они посмотрели. Им потребовалась одна-две секунды (но это больше тысячи миллисекунд!), чтобы зарегистрировать увиденное на экране, но к тому времени было уже поздно. Потому что Альберт обнаружил для меня кое-что в доме. Домашняя машина, которую он обнаружил и которую я подчинил себе, показалась в дверях, подняв очистительные шланги. Конечно, такая рабочая машина не оружие. Она предназначена для домашних работ, может чистить, чинить, выскабливать, прибираться, может даже мыть окна и выносить мусор, но не убивать. Однако у нее есть сопла, которые направляют моющие средства в трещины, и насосы, создающие давление в этих струях. А когда давление достигает максимума и очистительные резаки появляются на краях сопел – именно это я приказал сделать, – машина применяет эти резаки с большой силой и точностью.