Андрей Мансуров Невероятные приключения Конана-варвара

Андрей Мансуров

Невероятные приключения Конана-варвара

Огонь, вода, и… Медная задница!

Огонь, вода, и… Медная задница!

Первая ночь

Первая ночь

— Не ждал такого от тебя — напрасно ты качаешь головой, Конан! — желчи в голосе сильно подвыпившего, но вполне ещё адекватного ветерана не услышал бы только повидавший виды и почерневший от времени трактирный стол, уставленный опустошёнными кружками и блюдами, за которым они сидели, — Ты же меня знаешь! Я сам всё это видел! — собеседник Конана еле сдерживал гнев от реакции киммерийца на его рассказ, кисти рук, судорожно вцепившиеся в крышку стола, даже побелели от напряжения. Но варвар поспешил успокоить приятеля:

— Было или не было — тебе, конечно, виднее, Фарссон. А в том, что зрение у тебя отличное, как и память, я уверен! Я же тебя сколько лет знаю! Продолжай! — Конан не хотел говорить другу, что прекрасно знает не только его простую и открытую натуру, но и то, что воображения выдумать такое у того просто не хватило бы! Да и не настолько они ещё пьяны, чтоб травить совсем уж откровенные байки… Но поверить… Хм.

Сердито попыхтев, и поотдувавшись, Фарссон, похоже, решил, что Конан и правда готов услышать продолжение рассказа о невероятных приключениях. Да и кому ещё рассказать про такое, как ни старому товарищу по сражениям и походам! Ведь чего только они не повидали — и обычного, и… Колдовского! И невероятного! Чудесного!

Вот именно этот-то опыт, и бесстрашие в любых ситуациях, и делали их услуги, услуги опытных наёмников — столь щедро оплачиваемыми.

— Ну так вот, Конан. Я клянусь бородой Неграла, что так оно всё и было! И эти твари — пострашней Вендийских тигров! Потому что тех можно убить старой доброй сталью, — ещё сердясь, выпучивший глаза, потный и раскрасневшийся от вина и ужасных воспоминаний Фарссон похлопал себя по рукоятке верного ятагана, — а этих — нет! Не перерубаются их стволы! Они — словно заговорённая кожа! Такие крепкие, как, как… Скала! Как сталь! Нет, не как сталь — они же пружинили… Скорее — как… как невероятные мышцы! Упругие, крепкие! И нападали они подло и коварно — сверху! И с боков! И — все сразу!

И нам, стыдно сказать, пришлось драпать от них во все лопатки! Отбиваясь! И всё равно эти твари схватили Назара!

И сожрали!

И уж поверь: ничего страшнее с человеком случиться не может!

Смерть в пастях чёртовых багрово-красных глоток-ловушек поистине мучительна! Зубы обращены назад — как у гарпунов! Не вырваться! Назар так извивался, так кричал, пока его тело буквально разрывали на части — словно стая вендийских крокодилов! Он, бедняга, так!.. — теперь ветеран заскрежетал зубами, стиснув кулаки так, что снова побелели костяшки пальцев, и на глаза навернулись слёзы. Похоже, снова представил себе мучительную смерть товарища, — Упокой Мирта его несчастную душу… До сих пор у меня в ушах звенят его вопли! А ты знаешь — я не из нервных!..