— Ты уже пытался меня убить! — произнес я, отступая, — Ты сказал Дар, что я пришил её дядю. Ты натравил ящерку на меня.

— Это была не попытка убийства, — пожала плечами Сев, — Я лишь хотел, чтобы ты убил или убрал от себя Дар. Чтобы ты остался один. Ибо я знал, что наступил время, когда тебе пора будет умереть. Но ты не захочешь умирать, никто не хочет. Но придется!

Сев стремительно бросилась в атаку. Но я уже выхватил золотой меч, отобранный у императора. Мое золото схлестнулось с костяным мечом, который держала рука огра. Мелькнула очередная синяя вспышка. Мой меч треснул и раскололся пополам, а рукоять выбило из моей ладони бешеной магической силой.

— Я же говорю. Это бесполезно, — заявила Сев, — Не сопротивляйся и умрешь быстро. И не больно.

Я выхватил булаву, висевшую у меня на поясе…

Очередной удар, очередная синяя вспышка. Моя булава просто рассыпалась в металлический порошок. Теперь у меня остался один только кинжал.

А в дверях зала тем временем показались стражники и дети императора в золотых доспехах. Они пришли присягнуть мне, но увидели, что у их нового правителя затруднения, и встали, как вкопанные.

— Ну и что вы стоите? — заорал я на моих подданных, — Я Первообраз человека. Если эта сука меня убьет — умрёт вся человеческая раса!

Не дожидаясь, пока стражники и сыновья императора начнут действовать, я на всей доступной мне скорости рванул в их толпу. Сев бросилась за мной, она махнула мечом, на пол полетели отрубленные руки и головы стражников, попавших под раздачу…

Мрамор тут же залило кровью, я поскользнулся, но удержал равновесие. Сев ударила меня сзади ладонью по уху, удар был столь силен, что свалил бы и быка — я полетел на пол.