- Конор! – радостно вскрикнул вампир, увидев обидчика своего обидчика.

«Долго он не продержится, - нахмурился он, когда молодой волк оказался снизу и стал издавать совсем не торжественные и далеко не победные звуки. - Слабенький ещё»

- Убегай, Конор! Убегай! Убегай, пока ещё есть силы! – закричал он.

Конор не слышал или не слушал его. Он продолжал кусать нависшего над ним матёрого соперника, не делая попыток выскользнуть и удрать.

Четыре оборотня продолжали растягивать Дональда, не ослабляя хватки. Их уверенность в том, что товарищ сам справится с «сосунком», была гораздо выше их уверенности в том, что они смогут ещё раз так удачно поймать высшего вампира и закончить бой без травм и увечий. Единственное, что они добавили к своим действиям – это ходьба по кругу. Каждый хотел увидеть трёпку «сосунка» и перебирал лапами к той позиции, откуда это можно было сделать лучше. Загвоздка заключалась в том, что в сложившейся ситуации не было позиции, откуда это можно было «сделать лучше» всем четверым. Когда двум из них становилось лучше, двум другим обязательно делалось хуже. Поэтому они и крутили Дональда, как звезду, упавшую на руки фанатов, изображая нечто похожее на зловещий, демонический ритуал.

«Любопытные ублюдки! – думала крутящаяся и вырывающаяся из их «фанатских пастей» «звезда». – Надо что-то делать. Этот говнюк щас и с Конором покончит и со мной»

Конор знал, что его шансы победить взрослого волка недалеки от нуля. Но его честь и совесть не позволили ему стоять и смотреть, как терзают или – чего нельзя было исключать, - убивают того, кого любит его сестра, того, кого он сам позвал в это безлюдное место. Стоять и не смотреть, равно, как лежать, убежать, сидеть, ходить на руках, делать колесо и копаться в смартфоне, честь и совесть ему тоже не позволяли. Они не позволяли ему ничего, кроме обращения и нападения на беспредельщиков. Вот почему он кинулся на сородича, рвущего грудь Дональда, вот почему его обоснованные подозрения о том, что этот бой будет для него последним, не остановили его.

Первый тревожный звоночек, подтвердивший его подозрения, прозвенел, когда волк, в которого он врезался на большой скорости – корова точно отлетела бы на десятки метров от такого толчка, - лишь слегка сдвинулся с места. Второй – когда он понял, что проигрывает этой махине не только в массе и силе, но и в скорости, реакции, технике… В общем во всём, что напрямую влияло на исход завязавшегося боя, который почти сразу после завязки лишился гордого названия «бой», сменив его на более уместное и подходящее случаю: «трёпка».