За напарницей, естественно, не заржавело, так что мы, распределив роли, продолжили шоу уже вдвоем. Правда, мне опять досталась не самая героическая роль — как только Росянка швырнула в сторону «Майбаха» свою куртку и на долю секунды отвлекла внимание возможных недобитков на тень, мелькнувшая в свете лампы дорожного освещения, я выкатился вправо. И выпустил несколько пуль впритирку к головам раненых, целясь так, чтобы гарантированно попасть в стволы деревьев, растущих чуть поодаль.

Решив, что желающие продолжить перестрелку были обязаны снова вспомнить обо мне, в игру вступила Анька, вылетевшая на оперативный простор с другой стороны нашей машины, выдав серию из шести выстрелов, сделав небольшую паузу и добив ее еще двумя.

Тут к хоровому вою присоединился еще один солист, затянувший арию в новой тональности. Как вскоре выяснилось, это был водитель «Майбаха», побоявшийся выбраться из-за руля, но все равно заработавший по пуле в каждое плечо.

Потом мы с напарницей избавили противников от всего оружия, включая холодное, вкололи каждому по шприц-тюбику промедола из аптечки «Крузака» и оказали первую помощь. По самому минимуму, чтобы уроды, добрая половина которых пребывала в обдолбанном состоянии, не истекли кровью до прибытия «Скорых». А после того, как закончили с этим неблагодарным делом, Аня вернулась в машину и связалась с Вяземским, а я, как публичное, блин, лицо остался снаружи. Охранять пленников, мозолить глаза зевакам, которые к этому моменту полезли чуть ли не из всех щелей, и дожидаться полиции.

И стоял, спокойно контролируя подступы к месту происшествия, аж две минуты. А потом от всей души вбил фронт-кик в боковую дверь ни в чем не повинного «Гелендвагена». Хотя, каюсь, жаждал приложиться к голове ублюдочного наркоши. Почему? Да потому, что вник в ответ Кононова на последний вопрос Росянки:

— Предварительные результаты пальбы, устроенной Наилем Абашевым — один труп, восемь легких и четыре тяжелых ранения, а также несколько серьезных травм, полученных в результате столкновения автомобилей…

…Уложиться в график мы не смогли — въехали на аэродром Жуковский только в четверть десятого. А наш Ил-122 догнали уже перед самой взлеткой. И, въехав по рампе в грузовой отсек, тормознули перед КШМ на базе «Тайфуна-МСС» и оказались среди бойцов второго взвода.

Парни бросились фиксировать «Крузак» в походном положении еще до того, как мы выбрались из салона. Но, заметив на нем следы попаданий пуль, офигели от их количества. Нет, готовить внедорожник к транспортировке не перестали, просто потребовали объяснений. И получили. Сразу два планшета с браузерами, открытыми на последнем видеообращении, выложенном на мою официальную страничку.