Дени обернулась на Джораха. Я решил вмешаться. Выйдя вперед, я снял невидимость со Смауга, и на него уставились множество глаз. Особенно выделялся взгляд мага. Жаждущий и алчный. На заметку: не оставлять дракона без присмотра.

— Поразительно. Он настоящий? — аура жирного выражала полный восторг от увиденной экзотики.

— Какой же еще?! — ответил я, начитывая Личные защиты для себя и Смауга. К моему удивлению, на его ауру защита легла свободно и в количестве трех штук. Удивительно.

— Мой… друг, — взяла слово Дени, — у нас нет ни воды, ни пищи. Мы шли через пустыню много недель.

— Простите, а где остальные драконы? Вы их покажете? — взял слово маг. Аура выражала сплошь нетерпение.

— Покажу. Как только мы немного оправимся от голода и жажды, — веско ответила Дени, чувствуя стоящего за спиной рыцаря.

Толстяк отошел к своим собратьям, и те негромко стали переговариваться между собой. Усилив слух магией, я услышал много интересного. Почти половина из Тринадцать предлагала попросту убить нас и забрать у смуглого урода (то есть меня) дракона. Взяв всех шестерых на заметку, продолжил беззаботно наблюдать за копошением Тринадцать. Другая половина, в числе которых был толстяк, негр и маг, предлагала не спешить с выводами и пустить в город. Наконец, закончив переговоры, толстяк вышел вперед и дважды хлопнул в ладоши. Ворота Кварта медленно открылись настежь, открывая шикарный вид на город. Воистину оазис в пустыне.

Резкий контраст между жаркой пустошью, где нет ничего, и цветущим садом положительно сказался на настроении дотракийцев и Дейенерис в частности. Когда ворота захлопнулись, гвардейцы города разбрелись по своим делам, а к нам подошел высокий негр с длинным кинжалом на поясе, что был в числе тех, кто голосовал за то, чтобы пустить нас в город. Обращался он к Дени:

— Мое имя Ксаро Ксоан Даксос, я один из Тринадцать.

— Я заметила, — чуть отстраненно ответила Дени, вовсю разглядывая город.