— Вы разве не хотите мести Ланнистерам за то, что они сделали с вашей сестрой Элией? — спросил я, подметив, что у Дорана и рядом стоящего мужчины потемнело лицо. У Креола оно темнело точно так же, когда у него портилось настроение.

— Хм… — только и ответил Доран.

— Мы склонны согласиться с вами, Гарол, — подал голос второй мужчина, — но что получим мы?

— Оберин, не лезь, — жесткой сталью лязгнул голос калеки в кресле. Оберин Мартелл, а это был именно он, послушно закрыл рот и встал по правую руку своего брата.

— Также в качестве жеста доброй воли и благих намерений я могу вылечить вас от недуга, постепенно пожирающего ваш организм.

— Ты не сможешь. Лучшие мейстеры Староместа потерпели крах. Мои ноги не вылечить, — как будто сдулся Доран.

— И тем не менее я настаиваю. Мне смотреть больно на ваши ноги. Боли не будет, обещаю.

— Оберин. Арео, — обратился к собратьям Доран, — если что-то пойдет не так, убейте его.

Я вырастил из каменного пола операционный стол и телекинезом отлевитировал к нему опешившего Дорана. Оберин и негр стояли и обтекали от увиденного. Дамы же оказались покрепче, однако я за версту смог бы учуять их удивление. Мужчины и женщины вытащили клинки, а одна даже хлыст, но мой телекинез отобрал их, как и прочее оружие. Я аккуратно уложил Дорана на стол и поинтересовался, в сознании его оставлять, или принц предпочитает поспать. Доран, секунду подумав, осмотрел парящее на высоте пары метров оружие его людей и попросил быть в сознании. Что же вполне разумная просьба.

Специальным заклинанием пришлось выбить его астральную сущность из тела и оставить парить поблизости в виде призрака, чтобы принц видел все. Далее я начал операцию. Подагра поразила Дорана довольно давно и явно здоровья не прибавляла. Суставы ног были воспалены и сильно увеличены, кровеносные сосуды разбухли, на ногах бело-желтые бляшки, плотные на ощупь. Странно, худой как швабра Доран болеет «болезнью королей».