Где-то над ухом ныла картограф, восхищавшаяся открывшимся видом и его ценностью для истории. Ей поддакивал Харр, специалист по оружию, размышлявший вслух, какие автоматические системы защиты могут быть встроены в этот редкий образчик инопланетной культуры.

— Да вашу мать, — сказал Корсо, поднимая руки.

Клешни сменились раструбами энергетических резаков. Они вспыхнули одновременно — два ослепительных огонька с температурой подобной звездам. Шагнув вперед, Флин погрузил огоньки в каменные ворота и описал руками полукруг. Резак — страшное оружие. Вообще он был предназначен для кромсания переборок кораблей, именно так работали спасатели на аварийных судах. Они могли разрезать все что угодно, расплавить любую броню. Вот только были слишком маленькие. Увеличь размер поверхности плазменного жала — и прощайся с любым переносным реактором, мощности надолго не хватит. Если не подключить напрямую к энергосистеме крупного корабля, как делали это настоящие бригады спасательных кораблей. Если бы такой реактор можно было носить с собой, то ремонтные скафандры лицензировались бы как системы тяжелого вооружения, типа боевой брони наземных войск. А так — скафандр и скафандр, ну какие вопросы, господин инспектор, это просто инструмент.

Струи расплавленного камня полились на пол, от раскаленных дверей ударило жаром, да так, что появился тревожный сигнал забрале скафандра. Корсо отступил на пару шагов, любуясь своей работой. В каменных створках красовался большой овал из раскаленного камня. Как раз по размеру брони. Расправив плечи, Флин шагнул вперед, примеряясь, как засадить ногой в центр этого безобразия. Но потом передумал. Судя по показателям датчиков, за стеной — большое открытое пространство. Типа зала. Мало ли что там скрывается. Не стоит будить лихо.

Тихо посапывая, Корсо осторожно двинулся вперед, сменил на правой руке резак на клешню погрузчика и осторожно толкнул ею вырезанный кусок камня. Он пошатнутся, но устоял. Флин хорошенько уперся в него, согнул ноги, а потом медленно распрямил, толкая получившийся кирпич. Многотонный груз не устоял перед поршневой опорной системой скафандра — огромный кусок камня с еще светящимися краями повалился внутрь. Воображение капитана добавило к этой картине грохот и треск, которого он на самом деле не слышал. Чертыхнувшись, Корсо включил внешние микрофоны и прислушался.

Стояла глухая тишина безвоздушного пространства. Тут все понятно. Здесь нет атмосферы, звуковые волны не распространяются в вакууме. Но микрофоны лучше было бы включить заранее, мало ли когда они пригодятся.