Триста лет она расплачивалась чужими снами за бессмертие, и в этом заключался самый большой минус вечной жизни. Сан чувствовала все, что переживали спящие люди, впитывая их эмоции, как губка. Чужие страхи, разочарование, обиды, а взамен дарила покой. Иногда это было по-настоящему жутко, и она долго приходила в себя, прогоняя дурные воспоминания об увиденном. Со временем Сан почти научилась абстрагироваться, но иногда, если боль людей оказывалась слишком сильна, сделать это было практически невозможно.

Открыв дверь в обширную гардеробную, она включила свет и прошлась вдоль шкафов. Что бы такое выбрать? Сан одевалась исключительно броско, категорически не принимая современную тенденцию к простоте и естественности. Хери подшучивала над ней, говоря, что она застряла в двухтысячных и иногда походила на подружку мафиози. Но Сан перестала реагировать на чужое мнение, когда ей стукнуло двести, поэтому выбирала наряды, соответствующие только ее вкусу. Остановившись напротив короткого черного платья с глубоким вырезом на спине, она коварно улыбнулась и сняла его с вешалки.

Объемный красный пиджак до середины бедра, высокие каблуки и, как обязательный элемент, ярко-алая помада эффектно подчеркнули броскую внешность кореянки. Сан с удовлетворением осмотрела себя в напольном зеркале и заправила за уши гладкие волосы, уложенные на прямой пробор. «А я еще ничего», – подумала она и, подмигнув своему отражению, вышла из квартиры.

Водить она так и не научилась, предпочитая не трепать себе нервы на дороге среди психованных автолюбителей, поэтому обычно передвигалась по городу на такси или метро. Выйдя за пределы жилого комплекса, остановила свободное такси и уже через десять минут была у входа в «Октагон», где ее ждала Херн с зажатой в пальцах сигаретой. Сан терпеть не могла запах дыма и эту отвратительную привычку прощала только подруге.

– Представляешь, чтобы покурить, пришлось сюда подниматься. Тоже мне, лучший клуб Каннама, – Хери недовольно цокнула языком, безуспешно пытаясь прикурить. Ее качало от количества выпитого, и Сан подумала, что стоило бы отправить ее домой. – В клубах на Хондэ[4] можно курить прямо в зале!

– Ага, и сыпать пепел на одежду окружающим, – проворчала Сан, с кислой миной наблюдая за попытками подруги.

– Терпеть не могу, когда ты так на меня смотришь. Да, я курю, и что с того? – ведьма пьяно вскинула голову. Видимо, этот жест должен был выглядеть как горделивый протест.

– Мне вообще все равно, какой образ жизни ты ведешь, пока околдовываешь для меня молодых красавчиков, – отшутилась Сан. – Ну покажи уже мне твой сегодняшний улов!