— Иди, на кровать ложись. На живот.

Батарейка безропотно и с деланной невозмутимостью протанцевала к огромному круглому ложу, застеленному багрово-черно-золотыми тряпками. Легла… подложив под бедра подушку.

Дим подошел следом, пару мгновений постоял рассматривая упругие ягодицы…

— Если это провокация, — произнес он, звонко шлепая по подставленной части тела, — то глупая и неудачная. Ляг нормально, руки-ноги расположи свободно и удобно, расслабься… Представь, что тебе предстоит сеанс массажа. Вот, нормально, — Дим активировал сенс-канал и поводил руками в паре сантиметров от тела теперь уже пациентки. Вскоре он нашел узел, ответственный за переработку пищи в энергию — это было нетрудно, так как именно вокруг зоны его расположения насыщенность ауры была более плотной. Дальнейшие действия напоминали настойчивую попытку удержать воду в пригоршне — пси также переливалась через край узла, стремясь разойтись по всему организму и ее приходилось аккуратно "сгребать в кучу". Стимулирование пищеварительной системы в чистом виде — не очень энергозатратно, но довольно скучно и практически без отдачи…

— Ой… я в уборную хочу!

Парень удовлетворенно кивнул и сделал несколько мощных пасов вдоль тела Кейси, разгоняя скопившуюся в районе живота "силу".

— Конечно иди… А потом приходи — еще покушаешь.

— Я же лопну! В меня не влезет столько! Да и вредно наверно после…

— Иди-иди… сейчас все сама поймешь…

И действительно, когда девушка вернулась в комнату, то никуда кроме как на стол она смотреть не могла. Голод проснулся с новой силой… Всего за примерно три часа такую процедуру пришлось повторить еще два раза, пока в организме Батарейки не активировались процессы "сохранения в запас" полученных калорий. Этому фокусу Дима Айлен научила, которой сложно было своими силами привести себя в порядок…

— Ок, теперь можно не опасаться, что ты на меня набросишься и загрызешь, — пошутил парень. — С голодухи… Собирайся, надо наконец и об остальных людях подумать — несколько часов уже ждут.

— Нечего собирать, — ответила Кейси, наблюдая как он влезает в свою одежду. — Ты это оранжевое уродство по ниточке разобрал и по углам разбросал. Никогда такого не видела! Ну там рвануть блузку чтоб пуговицы брызнули во все стороны, ну нижнее белье в порыве страсти и нетерпения… Но чтоб вот так! Хотя правильно! Эта оранжевая роба у меня только омерзение вызывала.