— Господи, боже ты мой, он заминировал все Северное крыло! Я не знаю, что у вас за взрывчатое вещество, но этого хватит, чтобы запустить все сооружение в космос. Хотя нет, скорее отправить в преисподнюю.

Второй гость, представившийся Джоном Литгоу, тоже подошел и принялся внимательно разглядывать голограмму. Филипп с первой минуты следил за каждым, пытаясь определить, кто же из них является мужем Анны Корвел. То, что этот человек здесь, Бран не сомневался. Ни один мужчина в здравом уме не отпустил бы свою жену в такое опасное путешествие.

— Эту взрывчатку перестали производить именно по причине ее огромной поражающей силы. Она превращает все вокруг в мелкое крошево, буквально стирает с лица планеты, — полковник присоединился к гостям и встал рядом. — Мы пытались разминировать здание, но у нас ничего не вышло. Тот, кто закладывал заряды, оказался превосходным специалистом, лучшим в своем деле. Ему удалось так закольцевать схему, что взрыв неизбежно произойдет, как только откроется Дверь.

— Вовсе нет, — синеглазый красавец в роскошном бархате погрузил руку вглубь голограммы и указал пальцем на малозаметную точку в густом переплетении светящихся линий. — Вот что активирует заряды. Если я не ошибаюсь, именно этот знак Древние выжгли на груди Императора Фабиана?

— Да, и у Ботаника на кости грудины есть такой же, — майор щелкнул пальцами по изображению. — Это дополнительный контур, который находится внутри основного, те самые меры безопасности, о которых упоминается в тексте.

Адмирал увеличил изображение, из-за чего они оказались практически внутри голограммы, внимательно всмотрелся в причудливый светящийся знак и повернулся к майору.

— И что, по-вашему, должно произойти?

— Если на Себастьяна Лангвада наведут соответствующий артефакт, и два изображения совместятся, произойдет детонация.

— Но включился таймер, и уже запущен обратный отсчет. Как только он обнулится, цепь замкнется.

— Нет, полковник, по подсчетам императора Фабиана в этот самый момент в подземелье откроется Дверь. Так что на все про все у нас остается… — Кроу сверился с мигающими цифрами в самом центре голограммы, — меньше семи дней.

Филиппу очень хотелось обернуться и посмотреть на Анну, но он сдержался. Ситуация стремительно выходила из-под контроля, становясь не просто непонятной, а почти абсурдной. С одной стороны, гости явно говорили со знанием дела, а с другой — все сказанное ими противоречило здравому смыслу.

— Мы исследовали эту самую Дверь всеми доступными техническими средствами, но там ничего нет, пустота. Наши приборы не видят не только то, что находится за Дверью, но и ее саму. Если судить по их показаниям, Двери просто не существует. Но мы видели ее собственными глазами и даже прикасались к ней. Как такое возможно?