— Хорошо. Идем мыться? А то хочется смыть с себя всю эту грязь.

И ощущение, как мне ноги дробили.

— Идем, — схватила она меня за руку и потащила на выход. — Слава, ты идешь?

— Мыться с вами?

— Мыться в гордом одиночестве, как суровый воин! — парировала она.

— Эх...

Смотрю на Славу, за шуточками он прячет чувство обделенности, и понимаю, что правильно решил поддерживать социальные связи.

Это тот якорь, который поможет сохранить психику в целостности.

А то что-то не уверен, что после трёх дней забегов, бесконечных убийств и пыток в конце я бы спокойно пережил этот стресс, не знай, что сейчас получу отдушину в объятиях девушки.

Что-то внутри зашевелилось и сказало, что это выглядит эгоистично — использовать так Еву. Но этот голос был быстро задавлен. Лень мне было заниматься самокопанием. Я точно знал, что Ева мне нравится. И если ей со мной нормально, то зачем усложнять?

Не в нашем положении думать о высоком.

— Ты не обиделась, что я тебя того? — спросил её, когда вышли.

— А? — удивилась она. — Нет. Поверь, я не горела желанием попасть в плен. Тот воин так быстро рядом оказался…

Я махнул рукой знакомым парням, что сидели у костров и дежурили.

— Драк, сколько убил? — крикнул один из них.

— Пару тысяч! — крикнул я в ответ.

— Ну ты монстр! — восхищенно ответили мне.

Не задерживаясь, я увёл Еву дальше, на темные улицы. На крыше и сейчас по двое человек дежурили. Холодно им, наверное. Ветер-то нормально так поддувает.

Вторя моим мыслями, где-то вдали громыхнуло.

— Это гроза? — Ева покрепче сжала мою руку.