Про его наблюдательность — ерунда. Мало ли насколько у него раздутое самомнение, хотя я не исключаю того, что он и правда подозрительный тип. К тому же успевший посмотреть на всех противников, раз так высоко поднялся. Наверняка он один из сильнейших последователей бога войны, так что...

Ладно, сам он неинтересен. Куда важнее не очень радужная картина, которая складывается. Допустим, его слова правда, и шакарцы получили контроль над верхушкой дрогворцев. Тогда их союз совсем не удивителен. А договорившись, им куда проще будет перетянуть на себя эрмерцев. Или и вовсе тоже взять их под контроль.

Первый шаг — подчинить соседей. Второй — выбить кого-то из фракций. Например, нас, как тех, кто вырвался вперед. Третий шаг — логично стравить между собой дрогворцев и эрмерцев. Наверняка последние падут первыми, и тогда шакарцы останутся одни против последователей бога войны. Не удивлюсь, если и на это у них есть план.

Собственно, дальнейший план не так важен, потому что ключевое здесь лично для меня — уничтожение ороборгцев.

— Если ты прав, не совсем понятно, зачем говорить со мной. Тебе тоже выгодно уничтожение ороборгцев.

— С чего ты взял, что я хочу кого-то уничтожить? Вот скажи, до большой битвы вы собирались уничтожать алтари? — прищурился он.

— Нет. План был доминировать, но не убивать окончательно.

— Я так и подумал, когда вы не стали никого добивать, хотя возможность такая была.

Сказал он это так, как будто уничтожить чей-то алтарь — задача тривиальная.

— Мы можем с тобой договориться. Я перестаю тебя гонять, и тогда ты сможешь сдерживать армии дрогворцев. Но перед этим приструнишь шакарцев или, если быть точным, шакарок. Мужики у них какие-то странные. Боли не чувствуют, сильнее обычного, а рожи тупые и безынициативные при этом. Как зомби. Ну, или учитывая, что у них богиня жизни и смерти, то живые мертвецы.

— Я тебе не настолько доверяю, чтобы согласиться.

— Ну, моё дело предложить…

Ничего личного, подумал я.

И атаковал.

Увернуться он не смог. Как и защититься. Так и погиб, щурясь и смотря на меня.

Не буду отрицать, что говорил он интересные вещи. Но, во-первых, врагу я верить не собираюсь. Во-вторых, ситуация настолько обострена, что отпускать его в любом случае нельзя. Мне нужно выиграть время, чтобы вытащить Еву, и чтобы тот, кто меня чувствует и может убить, не путался под ногами. В-третьих, нормально говорить можно будет только после того, как он делом докажет, что его фракция больше не будет объединяться для нападения и пытаться уничтожить наши алтари.

Как я понял, к верхушке командования он не относится. Просто удачливый последователь, который обзавёлся сильными навыками.