— Вектор, вес, тяжесть…

— Аррр!!

Вспышка, направленная прямо на великаншу, привела к тому, что меня самого отбросило, и клинч удалось разорвать. Папил тут же запустила вслед заклинанья призрачных копий, крупную сферу сжатия и какого-то толстого прозрачного змея. Управляемое заклинание! Стоило швырнуть в него меч, как он взорвался, и великанша воспользовалась заминкой, пытаясь снова взлететь в воздух. Ее специализация — старшая магия пространства! Быстро сплетя пальцами заклинание, она оттолкнулась от земли и стала быстро подниматься ввысь!

Пока я доставал из инвентаря новый меч, случилось то, что и должно было произойти уже давно! Поднявшись слишком высоко, Папил притянула к себе ветвистую молнию. Получив сильнейший удар током, она спустя несколько секунд рухнула на землю.

Доспех духа слетел, но людоедка и не думала сдаваться, сразу же вскочив на ноги. Половина ее тела покрыта сплошным ожогом. Одежда и артефакты личной защиты приняли на себя большую часть урона. Но и оставшегося хватило бы на то, чтобы убить десятерых обычных великанов разом. Чертовы монстры-мутанты! Обугленная кожа, разодранные мышцы и кости — все это заживало прямо на моих глазах. Великанша почему-то улыбалась.

— Асенти ду-эйн мада-та, тхойне! [Выживание вопреки всему, человек!]

Папил раскинула руки, и ее стали окружать желтоватые искры, образуя некий барьер вокруг тела. Тело вытянулось вверх, мышцы надулись, увеличив рост до трех с половиной метров. Обугленная одежда с треском рвалась и спадала на землю, не выдержав мощи стремительно растущего тела. Лицо людоедки становилось все более безобразным.

— Хианно ду-эйн мада-та! [Победа любой ценой!]

Все тело разом выросшей людоедки покрылось золотистым свечением, образовав защитный барьер. Сразу после потери доспеха духа эта сила стала проникать в ее плоть и кровь. Золотой великан, мать его за ногу! Бешенный поток маны, рвущийся из её тела наружу, разогнал даже дым от начавшегося пожара на поле пшеницы.

Ветер пел песни, молнии отбивали свой собственный ритм. Пространство вокруг нас ходило ходуном, словно мы с этой дамочкой стоим на поверхности качающегося моря. И даже в такой какофонии звуков я начал слышать чужие голоса.

— Дуэйн мада-та… дочь Сааг, — отпечаток чьего-то сознания пронесся мимо.

— Дуэйн мада-та… во славу вейде…

— Дуэйн мада-та… любимая дочь мира…

— Дуэйн мада-та… плод любви царей Эдема…

— Дуэйн мада-та…

Десятки, сотни, тысячи голосов погибших великанов сливались воедино, крича с великаншей в унисон “дуэйн мада-та”. Астральные отпечатки сознания давно почивших жителей отдавали свои последние силы той, кого сочли достойной проводницей их последней воли…